Аватара

Природа никогда не нарушает в своем круговороте закономерностей мироздания. На планете Земля, в частности, природа ни разу не создала веществ, выпадающих из круговорота общего обмена, то есть которые не могли бы разрушиться и разложиться на составные части естественным путем. Природа не создает пластмасс, их создал человек. Отсюда вопрос: может ли природа без вмешательства человека создать механизм, в данном случае вирус, который нарушает общие закономерности, уничтожает иммунитет живого организма, то есть основу жизнеспособности всего живого? Не противоречит ли положительный ответ на этот вопрос основам мироздания, поскольку подрубается под корень сама жизнь на Земле?

— Аристократы почему-то всегда неприязненно относились к красному цвету, — заметила миловидная венгерка Бори, дававшая нам пояснения внутри здания будапештского парламента. — Может, красное напоминало им кровь простолюдинов, которую они проливали часто и в больших количествах? Свою собственную кровь аристократы считали голубой…
— Почему? — поинтересовался я.
— Мне не удалось найти в исторических архивах имя первого аристократа, обнаружившего у себя голубую кровь и объявившего остальным, что у них она такая же, — серьезно ответила Бори.
— Это не удивительно. Ведь даже в старые времена Венгрия не имела выходов к морю, а не найденный вами аристократ должен был жить на морском берегу.
Бори с любопытством посмотрела на меня. Я продолжал:
— Полагаю, что этот аристократ происходил от осьминогов, поскольку именно у них голубая кровь… из-за находящейся в ней меди… Хотя могу и ошибиться. Континентальная аристократия, пожалуй, ведет свое происхождение от других родичей. Скорее всего от пауков — у них тоже голубоватый цвет крови…

Когда-то он был страстно влюблен в девушку по имени Полетт. Мы и поддразнивали их: «Поль и Полетт». Она была красивая, тоненькая, хрупкая, нежная. Поль ее боготворил. Перед свадьбой он должен был уехать на месяц из Франции. И тут появился испанец, богатый красавец. Он налетел со своей страстью на бедную Полетт как ураган, и, ко всеобщему изумлению, через две недели она стала его женой… Когда Поль вернулся, его бывшая невеста была уже в Испании. Он не мог ничего понять. Удар для него оказался ужасным. Та, которую он любил, родила от испанца дочь и вскоре разошлась со своим мужем. Но с Полем они больше не встретились. Думаю, что в душе оба продолжали любить друг друга. Но она чувствовала себя виноватой, а он не смог сделать первого шага. Перед смертью Полетт поведала о Поле своей взрослой дочери и попросила ее найти Куртьё и сказать ему, чтобы он простил свою бывшую любимую. Вот такая банальная мелодрама.

Кажется, панки, подумал я. Публика безобидная, особенно если держаться от нее подальше. Фотоаппараты разбивают, если увидят, что их фотографируют, но могут и не возражать, когда им дают за это деньги. Осуждать или жалеть их бессмысленно, поскольку агрессивность и озлобленность этих типов вызваны прежде всего жизненным тупиком, который предлагает им наше общество, полным отсутствием всякой социальной перспективы, независимо от того, происходят они из бедных или богатых семей. А в общем-то, они могут быть предвестниками того, что нас ожидает.

Исторический парадокс: самая бедная в мире нация стала самой богатой. Живущий среди жарких песков, не имевший ничего, кроме верблюда да русской керосиновой лампы, веками приучавшийся экономить каждую монетку и беречь любую вещь, суровый бедуин Кувейта сделался вдруг обладателем несметных сокровищ. Нефть, подобно выпущенному из-под земли джинну, осыпала его золотом и благами современной цивилизации. Надо отдать должное нуворишу пустыни — он попытался с размахом использовать свое богатство: отстроил новый город с красивыми домами и гостиницами, ярким освещением, хорошими дорогами. Он построил школы, где разрешил детям бесплатно учиться, получать бесплатное питание и бесплатную спортивную форму. В то же время желание делать широкие жесты постоянно вступает у бывшего бедуина в противоречие с вековой привычкой экономить во всем, и именно поэтому пройдоха таксист в Каирском аэропорту не спешит приглашать к себе в машину пассажира-кувейтца, зная, что от него не дождешься чаевых…