Лишение власти образов, на спасение которыми нельзя больше надеяться, отбрасывает человека к самому себе. Образы были его произведением, а культ образов — его заблуждением. Человек остается таким же, даже если он уберет образы, ибо они являются лишь внешней видимостью его внутренних образов. Очевиден этический вывод, ибо добродетельный человек, как говорят теологи, становится единственным подлинным образом Бога, могущим существовать на земле. Но этот аргумент выходит в конце концов за религиозные и этические рамки. Человек нового времени остается в мире один на один с самим собой.