Дефо

Один только список сочинений замечательного английского писателя Даниэля Дефо (1660-1731) составляет увесистый том. Всех его книг, как кирпичей, хватило бы на постамент памятника, а туда, на самый верх, поднялся бы человек в странном одеянии, в козлиной шапке и с зонтиком - Робинзон Крузо, герой произведения, которое обеспечило Дефо жизнь в веках.

Жанры

Рейтинг LiveLib

3,9

29 оценок

5
31%
4
38%
3
31%
2
0%
1
0%

Ваша оценка

Прочитали 30Хотят прочитать 57

Рецензии

mcrstar30 января 2015 г.
Ученые открыли "Печатное дело", мой государь!
Человек соткан из противоречий, но в нашем случае Противоречие — второе имя Дефо. Авантюрист чистой воды. Посмотрите на гравюру с обложки — хитрый лис. Кажется, что он или черканет про тебя пасквиль в желтой газетёнке, или же стырит кошелек (никакого грабежа, все делается очень искусно).
Даниэль яростно мотался по политическим течениям, прибиваясь к берегам то реформаторов, то консерваторов; иной раз мог вообще писать в газеты для одних и одновременно редактировать газету для других. Мне кажется, у Дефо вообще не было политического предпочтения, ему нравилось просто быть в пожаре борьбы, хотя иногда это складывалось для него не лучшим образом.
Как писатель наш Даниэль кроме "Робинзона Крузо" больше ничем широкой публике в наше время не известен. Да и не нужно, на самом деле, одной этой книги уже достаточно. Дефо и тут схитрил: книга разными частями может угодить очень широким массам. Начало — для любителей авантюрных романов про пиратов и моряков. Середина — для плюшкиных и инженеров, любящих разбирать механизмы, чтобы знать как они работают (в нашем случае механизм — само логово Робинзона и обустройство этого логова). Так же в середке есть махач с пиратами, что опять подтягивает любителей экшена, в определенной мере. От конца произведения можно пустить скупую слезу. Интерес публики понятен — перенести опыт Крузо на себя подумать: "А как бы я справился со всем этим островом и многолетней разлукой с цивилизацией?"
В итоге хочется крикнуть Дефо через века, дескать, "зачем же писать что-то еще, братишка? Хорош, уже круто". Ан-нет, Дефо был очень плодовит на руку и оставил после себя много-много букв. Впрочем, кроме Робинзона я ничего не читал, да думаю и большинство тоже.
Такой он мелкий пройдоха был, этот Даниэль. Но пройдоха положительный, располагающий к себе почему-то. Интересная жизнь, насыщенная. Всем бы такую жизнь, короче, друзья.
Читать далее
3
246
JohnMalcovich6 сентября 2018 г.

«Человек он крайне несдержанный и опрометчивый, жалкий продажный потаскун, присяжный фигляр, наемное оружие в чужих руках, скандальный писака, грязный крикливый ублюдок, сочинитель, пишущий ради куска хлеба, а питающийся бесчестьем» (Доклад относительно Даниеля Де Фо, 1707)
За пятьдесят лет литературной деятельности из семидесяти всей жизни он издавал газеты: в пользу короля, против короля, в пользу вигов против тори, в пользу тори против вигов, как бы против вигов в их же пользу, будто против тори (с их благословения) и – от своего собственного имени (не называя имени);
Писал памфлеты против католиков в пользу англикан, против англикан в пользу диссетеров;
Выдвигал проекты по торговле, мореплаванию, разведению скота, образованию;
Составлял отчеты об урагане, чуме, парламентских дебатах и о появлении призрака;
Писал истории пиратов и Карла XII, Петра I и полную историю привидений;
Дефо выявил и освоил в литературе некие основополагающие законы, которые служат писателям до сих пор, и выдумка получалась у него достовернее фактов, верно выражая суть вещей. «Приключения Робинзона» оказалась первой книгой, которая прорвала круг избранных читателей и стала чтением для всех, кто мог читать. В «Робинзоне» он использовал идеи из трактата «Опыт о разуме» Локка. Свифт написал «Путешествия Гулливера» ради полемики с Дефо. На Британские острова Дефо переехал во время периода Реформации. Отец его был протестантом, во многие обряды не верил и не считал обязательным крестить ребенка. Дефо родился в ту пору, когда вместо ругательного «пошел в…» говорили: «Пошел в нижнюю палату!», подразумевая республиканцев, от репутации которых ничего не осталось. Когда Карл II вернулся во власть, то театр и науки вновь стали популярными, а доносы и замочная скважина сделались источником немалого дохода. Дефо пишет дневники-наблюдения о главных событиях его времени: чуме, которая унесла пятую часть лондонского населения; пожаре, который превратил город в руины, хотя погибло всего шесть человек. А еще война с Голландией. Своего Робизона Дефо противопоставил христианским пустынникам, затворникам, любителям покаяния и обетов – всем формальностям, считавшимся признаками праведничества. Дефо доказывает, что быть человеком высокой морали можно и без насилия над человеческой природой. Когда возникла угроза прихода католиков, Дефо переписывает протестантское священное писание для того, чтобы сохранить его. В двадцать четыре года он начинает торговать разнообразными товарами. Враги дают ему кличку «галантерейщик». Склады его находились в торгово-финансовом центре Лондона, неподалеку от биржи. Когда его судно захватили алжирские пираты, то это приключение Дефо постоянно пересказывает своим знакомым, запомнив его на всю жизнь, как Гете и Толстой запомнили свои падения с лошади. Дефо пишет памфлеты против джина, считая его болезнью губительной для народа. Правда, некоторые считали, что борьба с джином объяснялась тем, что сам Дефо торговал вином. Дефо не мог терпеть корриду, однако первым описал корриду в английской литературе, сделав ее для собратьев-писателей предметом традиционным. Дефо не брезговал ничем: посылал корабли в море, которые не плавали, присваивал средства, которые ему не принадлежали. Честность он считал бесполезной, когда речь шла о выборе между жизнью и честью. Дефо не побоялся даже вложить деньги в приобретение семидесяти скунсов, выделения желез которых тогда применяли в парфюмерии. Довелось Дефо побыть и счетчиком сборов по оконному налогу. И казначеем-распорядителем королевской лотереи. Он побывал даже в розыске, и его портрет с точным описанием был опубликован в лондонской газете. После суда над ним, Дефо был приговорен к крупному штрафу и позорному столбу.

Очевидно, это был тот самый случай, когда подтверждалось его собственное высказывание: «В паутине закона запутываются маленькие мошки, а большие легко прорывают ее». 29, 30 и 31 июля 1703 года по нескольку часов в день Дефо стоял, зажатый колодками, на людных площадях Лондона. Если бы Дефо не прославился, как автор знаменитого романа, то он прославился бы как родоначальник журналистики. Основным его занятием была пропаганда. По заданию правительства он создает и пишет каждый номер газеты «Обозрение». Это было время, когда политика английская определялась двумя партиями, одна из которых называлась виги, другая – тори.
Справка: иногда мы находим пояснение, что виги – носящие парики. Нет, парики стали называться вигами, потому что их носили виги. Буквально «виг» - сыворотка, а «тори» - вор. Это еще Дефо вынужден был разъяснять своим читателям-англичанам, потому что слова чужие и редкие.
Дефо осуждал петушиные бои и бокс без перчаток, хотя сам был спортсменом.
В 1707 году Дефо становится специальным осведомителем. Это не помешало его арестовать за «бегство от долгов». В тюрьме он провел 11 дней, пока его куратор из правительства не вызволил. Его также обязали принести извинения Петру I, которого он назвал «сибирским медведем» в своей газете и сказал, что русский царь все делает «по-зверски». Сам Свифт решает сокрушить «безграмотного писаку». Все произведение «Гулливер» напичкано намеками на Дефо. Стремясь показать никчемность Дефо, Свифт еще больше возвеличил его. Но выдумки Свифта отставали от выдумок Дефо по качественным характеристикам. Для своего романа Дефо взял хорошо известный факт, отодвинул действие на эпоху назад, перенес действие из Тихого в Атлантический океан и Робинзон готов. Когда Свифт, желая посмеяться над Дефо и над его читателями, написал свою пародию на Робинзона, то в Гулливера вдруг поверили так же, как верили в Робинзона. Все на что оказался способен Свифт, так это не разоблачить Робинзона, а создать равного ему Гулливера. В 1722 году Дефо пишет сочинение «Сватовство священника». Это трактат о матримониальных проблемах служителей церкви. Его интересуют серьезные вопросы. Он не выступает, например, энтузиастом англо-русской торговли. Он гордился тем, что предрек победу русских в битве под Полтавой, но беспокоился за протестантскую веру в Прибалтике и называл Петра «нехристем» и рассказывал, что жителей из этих краев продавали в турецкое рабство. Его «Беспристрастная история Петра Алексеевича» написана в короткий срок и с чужих слов. Однако, в ней чувствуется хвалебный настрой автора в пользу Петра, несмотря на резкие отдельные словечки. Видимо, в этом и заключался смысл заказанной «исторической» работы. Примерно в одно время с выходом этого труда Дефо, в Англии был ограблен и обвинен в неуплате долгов посланник России А.А. Матвеев. Как Петр ни настаивал, англичане не принесли никаких извинений. Петр даже подивился тому, что королева английская наказать преступников не может, и ему пришлось удовлетвориться извинениями Дефо за оскорбления в его адрес. Слова Петра «что ж, если уж государственные порядки в Англии до того ослаблены, что нельзя добиться должного наказания преступника, то примем хотя бы королевское извинение» вошли в историю.
Дефо умер 24 апреля 1731 года на семьдесят втором году жизни. Умер от летаргии. Памятника ему не было поставлено. Его герой Робинзон стал более известным, нежели Дефо и удостоился собственного музея.
Читать далее
1
310

Все рецензии

Цитаты

Walden9 декабря 2016 г.
Переодевание – это своего рода религия или, по меньшей мере, философия. Что, в конце концов, такое человек, если не микронаряд? Его убеждения – плащ, которым он время от времени накрывается в непогоду. Что такое честность, как не пара башмаков, которые быстро изнашиваются, когда в них чересчур много ходят по грязи. Себялюбие – это сюртук. Тщеславие – очередная сорочка…
2
70
JohnMalcovich6 сентября 2018 г.
В паутине закона запутываются маленькие мошки, а большие легко прорывают ее.
1
188
JohnMalcovich6 сентября 2018 г.
Плотнику, а также врачу и под черным флагом почет. «Плотник и доктор, шаг в сторону, остальных за борт!».
1
141