Неспешность. Подлинность

Два небольших "французских" романа Милана Кундеры, написанных во второй половине 1990-х годов, - "Неспешность" и "Подлинность". Они переведены на многие языки мира. После таких значительных и весомых книг, как "Невыносимая легкость бытия" и "Бессмертие", "Неспешность" воспринимается как сюрприз: это несомненно легчайший роман Кундеры, дивертисмент, в котором, по свидетельству самого автора, нет ни единого слова всерьез.

Жанры

Купить эту книгу

Бумажная

728 ₽

Купить

Бумажная

884 ₽749 ₽

Купить-16%

Рейтинг LiveLib

4,0

616 оценок

5
35%
4
36%
3
24%
2
4%
1
1%

Ваша оценка

Прочитали 727Хотят прочитать 443

Рецензии

Vladimir_Aleksandrov17 апреля 2022 г.
Про первый роман ("Неспешность") ничего говорить не буду, он такой проходной, на "двойку-тройку", с какими-то полу-подавленными чешскими комплексами-амбициями..
Нда-а. А вот второй роман (который "Подлинность") меня даже заинтриговал-заинтересовал. То есть он очень даже неплохой (поэтому и всей книжке суммарно "четверку" поставил), хоть и небольшой (то есть они оба небольшие, ну это и так видно по количеству авторских листов).
Неплохой, потому что есть здесь две-три идейки, с разной степенью глубины, проработанные.. Идейки интересные, но.. то ли автор устал, то ли не смог (не захотел), то ли сам даже не понял (какие потенциально мощные вещи он вскользь зацепил-задел), не столь уже важно, а важно то, что они, в итоге ушли в никуда, хорошо, пусть не в никуда, а в почти никуда, что тоже ничего, хоть что-то, хоть куда-то..
И да, подспудно мелькнула у меня (в очередной раз) мысль, что творческий человек, почти всегда в этом мире полу-бродяга и маргинал: на двадцать-тридцать успешных всегда приходятся сотни тысяч и миллионы безвестных, прозябающих в нищете сверхчувственных индивидуумов с постоянным чувством вины перед своими родными и близкими (за то что они (эти близкие) вынуждены их содержать, помогать и т.д.), неважно, с подавленным или неприкрытым чувством.. Но и (получается так, что) без них не было бы и тех "двадцати-тридцати".. вот такая вот негативно-расширяющаяся "ситуативность" (первых всё меньше, вторых всё больше) в мире присутствует.. что есть, то есть.. а что ты поделаешь?!
Так что.. Отговаривайте своих детей от творчества, отговаривайте по мере сил, а там уж.. как получится, но (зато) ваша совесть (будет) чиста (что есть, то есть))..
Читать далее
48
978
Ms_Lili28 октября 2024 г.
Роман «Неспешность» начинается неспешно. Его было довольно сложно начинать. С Кундерой всегда так: сначала нужно немного преодолеть текст, и потом он, наконец, впускает тебя.

Кундера рассказывает от первого лица, и кажется поначалу, что это автофикшн. Они с женой Верой (у него действительно была жена Вера) приехали в замок. В замке проходило мероприятие, что-то вроде научной конференции, куда приехал и чешский энтомолог, который 20 лет назад открыл новый вид бабочек, потом не поладил с компартией и следующие 20 лет проработал на стройке вплоть до падения режима.

Потом Кундера вбрасывает историю про книгу одной французской журналистки, которая брала интервью у Киссинджера, а потом преследовала его со своей любовью, верила, что он тоже ее любит, и написала об этом целую книгу. К сожалению, это история вымысел, и такой книги нет (я же, разумеется, побежала ее искать).

Дальше он рассказывает содержание книги «Без завтрашнего дня» про небольшое любовное происшествие молодого человека и подруги его любовницы (а также ее мужа и официального любовника). Кундера размышляет о неспешности в любви и жизни, о памяти и забывании, о наслаждении и гедонистах, о демонстративном поведении людей, зовущихся плясунами.

В замке происходит в это время ряд событий, ничем особо не примечательных, но оттого не менее любопытных. Все это написано очень по-кундеровски, то есть очень легко и красиво. Талант Кундеры упаковывать будничные дела и предметы в интересную форму никуда не делся и радует меня по-прежнему.

— Ты мне часто говорил, что когда-нибудь напишешь роман, где не будет ни единого серьезного слова. Великую Глупость Для Собственного Удовольствия.

Читать далее
30
180
silmarilion128910 декабря 2025 г.
Игры со скальпелем
Милан Кундера – писатель, который не стремится нравиться. Он не угождает читателю, не подбирает выражения, не маскирует резкость формулировок. В 90-е его проза окончательно превращается в серию откровенных философских этюдов, где сюжет минимален, а смысловая плотность невыносимо высока. “Неспешность” и “Подлинность” – хорошие примеры такой прозы: краткой, глубокой, без литературных украшений, о современном человеке.
Поздний Кундера пишет так, будто больше ничем не обязан ни французской публике, ни своему собственному статусу. Он позволяет себе ясность и жесткость хирурга. Использует “скальпель” повествования для вскрытия человека, который утратил две важнейшие формы свободы: свободу распоряжаться собственным временем и свободу быть самим собой.
В “Неспешности” Кундера рассматривает современность сквозь призму скорости как антропологического явления. Он пишет не про машины, позволяющие перемещаться в пространстве быстрее, а про состояние души: человек торопится не ради цели, а чтобы не исчезнуть. Стремление быть замеченным, зафиксировать себя в глазах других, оставить след (привет современным инфлюэнсерам!) – форма зависимости, вытесняющая опыт внутреннего проживания. Неспешность – утраченный навык присутствия в собственной жизни. Навык этот связан с ощущением тела, памятью, способностью глубоко чувствовать. По Кундере, когда исчезает неспешность, именно память умирает первой. А вместе с памятью исчезает и человек как глубокая личность.
Как и в других романах Кундеры, в “Неспешности” есть специфический юмор, комизм на грани отчаяния. Герои смешны не потому, что глупы и попадают в забавные ситуации; они слишком хотят существовать для других. В отличие от XVIII века, который в романе становится эталоном телесного, наблюдающего, наслаждающегося времени, современность представлена как эпоха панической, вычурной и пустой самопрезентации. Вместо того чтобы жить, люди фиксируют свое существование. Вместо того чтобы чувствовать, они реагируют. И Кундера точно показывает цену такой “скорости”: человек больше не принадлежит самому себе здесь и сейчас.
Если “Неспешность” – роман о течении времени, то “Подлинность” – об идентичности. Кундера вскрывает, что происходит с “я” в мире, где информации стало больше, чем самих людей, а навязчивая “прозрачность” стала нормой. Современный человек постоянно находится в режиме самопредъявления, и это разрушает идентичность. Подлинность у Кундеры – не про этическую “искренность” и не про психологическую глубину как таковую, а про краткое мгновение совпадения человека с самим собой. Стоит только попытаться обозначить его словами или поймать в камеру, и оно исчезает. В мире, где каждый оценивает, проецирует и додумывает за других, подлинное “я” превращается в тень ожиданий других людей.
Никто не понимает друг друга до конца, но все уверены в обратном. В условиях тотальной прозрачности человек перестает быть субъектом, и его “я” рассыпается на маски. Любовь, дружба, отношения с коллегами – везде переговоры масок и образов, а не общение живых людей. Подлинность становится невозможной не потому, что люди хотят притворяться, а потому что сама культура не оставляет пространства для несценического существования.
В итоге, “Неспешность” и “Подлинность” складываются в диптих об исчезновении человека. Кундера не занимается морализаторством, не предлагает решений. Его задача другой природы – позволить читателю увидеть то, что давно стало незаметным: собственные иллюзии и привычки, непроницаемость собеседника, испуг перед невидимостью в толпе, постоянное стремление быть/казаться кем-то для кого-то.
В этом смысле оба романа – не сатира на 90-е, не обличение западного общества, а попытка понять антропологическую цену современности. Что остается человеку, когда он отдает миру все свое время и свое “я”? Кундера не отвечает. Он только показывает, как мало остается после вскрытия, и как важно это сохранить.
Читать далее
19
154

Все рецензии

Цитаты

killingdream26 мая 2013 г.
Позволительно раскаяться в каком-то поступке, в каких-то словах, но раскаиваться в каком-то чувстве невозможно просто потому, что мы не властны над ним.
12
1,7K
vnutrenij_haos31 января 2011 г.
Любовь, по определению, это ничем не заслуженный дар; незаслуженная любовь – это само доказательство ее подлинности.
12
1,4K
SaganFra10 апреля 2014 г.
На повседневном языке понятие «гедонизм» означает аморальную склонность к разгульной, а то и порочной жизни. Это, разумеется, неверно: Эпикур, первый великий теоретик наслаждения, рассматривал счастливую жизнь крайне скептически: наслаждение испытывает тот, кто не страдает. Страдание, стало быть, является основным понятием гедонизма: мы счастливы в той мере, в какой можем избежать страданий;
10
1,4K