26-27 года 20-го века. У пророка, идеолога, творца и воспевателя новой жизни позади драки, тюрьмы, азарт от успехов, случайные связи и страсти. Ему немногим за 30 лет. Читала его и на этот раз мне казалось, что он гораздо старше.
Он взял спокойный тон, размышляет, наблюдает и даже философствует. В рифмах не витает алкогольных паров и нет надрыва. Темы все те же. Долой быт. Позор бюрократам. Даешь приличную одежду без спекуляций. Какие негодяи империалисты, но рабочий класс им еще покажет. Что делать с беспризорщиной? Иммигрантики-нытики, жалко им дач в Крыму, пусть полы моют в Парижах. Все это без восклицательного знака - вам не почудилось. Ни слова о любви. О женщинах с сочувствием и нежеланием связываться:
Знаем женщин. Трудно им вот. Быт рабынь или котят. Не накрасишься - не примут, а накрасься - сократят.
Новый мир, соавтором и исполнителем которого он являлся - все еще идеальная модель для него, но он видит в ней недочеты. Виноваты в них человеческие пороки, не модель. Что тут поделаешь? Ничего… Все равно, по его мнению, она лучшая:
Республика наша строится, дыбится Другим странам пО сто. История пастью гроба. А моя страна - подросток, - Твори, выдумывай, пробуй.
Он размышляет о творчестве. Порой злится, что ему мешают писать комары, соседи. Ностальгирует по искре вдохновения, об острых ощущениях, заставляющих писать.
Бывают события: случаются раз, из сердца высекут фразу. И годы не выдумать лучших фраз, чем сказанная - сразу.
Посмеивается над заказным творчеством. Подтрунивая, воспитывает молодое поколение поэтов, устраивает односторонние перебранки с Лермонтовым, Горьким, Толстым, Блоком. Корит Шаляпина за то, что тот, живя в Париже, жертвует деньги беженцам из России (кстати, когда я читала мемуары Шаляпина - он был очень возмущен этим стихотворением Маяковского). О смерти Есенина недоумевает и сожалеет:
Не откроют нам причин потери Ни петля, ни ножик перочинный. Может, окажись чернила в "Англетере", Вены резать не было б причины.
К слову, в отличии от предыдущего тома, в этом - ни слова о желании совершить самоубийство самому. Он настроен жить долго, настроен увидеть победу мирового пролетариата, сытую жизнь. Без спекуляций.
Завершает том поэма «Хорошо». Что сказать о ней? Написана она разными настроениями. Часть - восторженно. Часть - бесстрастно. Часть - обвинительно. Часть - констатирующе. Без хронологии, о самом интересном, на взгляд автора. Как вырывая из контекста, мы рассказывали бы о безумно интересном и волнующем вечере, проведенном накануне… Она о тех самых событиях 17-го года. Кому выпустили кишки, кого прогнали в иммиграцию. Как сжигали библиотеки в помещичьих усадьбах, как вздрагивали благородные девицы. Так им всем и надо, так и надо…
Ветер сдирает списки расстрелянных, рвет, закручивает и пускает в трубу.
Ради нового мира со справедливым устройством. Такой 4-й том.
36 понравилось
