Японская фантастическая проза

В настоящий том вошли произведения двух крупнейших японских писателей-фантастов: Саке Комацу "Гибель Дракона" и Кобо Абэ "Совсем как человек". Предисловие Е.Парнова, перевод с японского С.Бережкова, Е.Парнова.

Жанры

Рейтинг LiveLib

4,1

56 оценок

5
43%
4
36%
3
18%
2
2%
1
2%

Ваша оценка

Прочитали 69Хотят прочитать 133

Рецензии

EvA13K1 мая 2023 г.
Это и правда история-головоломка, которая сводит с ума не только рассказчика, но и читателя.
Совсем как человек - это марсианин, заболевший "земной болезнью" и считающий себя человеком, или землянин, сошедший с ума и считающий себя марсианином? Но топологически это одно и тоже, а значит не имеет значения какой вариант реален.
А рассказчик угодивший в эту софистическую ловушку - это японский ведущий радиопередачи о марсианине, с помощью которой он изучает проблемы людей Земли. Вот только не все слушатели углублялись в его смыслы, поэтому, когда на Марс полетела земная ракета, отношение к радиопередаче поменялось.
Читая повесть, я представляла её себе как пьесу, ведь здесь всего два героя, которые только и делают, что беседуют, да их жены, появляющиеся относительно ненадолго. Да и почти весь сюжет ограничен кабинетом рассказчика.
Странный персонаж этот рассказчик, его поведение в беседе, его ломка приводят в недоумение, то ли это из-за того, что он японец, то ли и для японцев не всё в его поведении логично, а странности объясняются финальным поворотом повести.
Для небольшого объема прочиталась повесть довольно тяжело, она очень нервная, тягостная, поэтому оценила её нейтрально.
Читать далее
101
1,2K
Jedaevich10 ноября 2011 г.
После землетрясения, цунами и аварии в марте 2011г. на японской АЭС «Фукусима-1» огромное публичное внимание было приковано к Японии, и очень большое количество людей было приятно удивлено и даже впечатлено спокойствием японцев при решении возникших проблем, сплоченностью людей и полной уверенностью в преодолении достаточно тяжелой ситуации.
Наверное, только в такой стране, как Япония, могут рождаться книги, подобные «Гибели дракона». Буду честным - это самое страшное произведение, в общечеловеческом понимании, что мне вообще довелось прочитать в своей жизни. Сейчас, спустя сорок лет после его выхода в свет, стал популярен «апокалиптический жанр», в котором уже разве что какая-нибудь домохозяйка тётя Тамара не отметилась пока что – все считают должным придумать свою историю гибели кого бы то ни было и чего бы то ни было. Так вот - по уровню трагедии, глубины проработанности, атмосфере и ужасу происходящего «Гибель Дракона» отличается от всех этих произведений как космический корабль отличается от больничной утки. Это мощнейшее апокалиптическое полотно, за 450 с хвостиком страниц успевающее обозреть столько проблем, столько элементов, столько разных сторон жизни отдельно взятого народа, что у другого автора не получилось бы и нескольких томах.
Большинство читающего люда сейчас знает Японию «персональную», очень красивую и странную из книг господ Харуки и Рю Мураками, Кэндзабуро Оэ, Абэ Кобо, Ясунари Кавабаты, Сэй Сёнагон. Может быть дело во времени написания, может быть в самой личности автора, создававшей книгу в течение 9 лет, - «Гибель Дракона» показывает ту же страну, но совсем с других сторон, причем сторон этих сразу много, и все важные. Глазами основного героя и сразу нескольких дополнительных персонажей читателю открываются во всей глубине культура страны и особенности ее отношения к другим странам мира и к своему собственному пути как отдельной цивилизации, поднимается множество культурологических вопросов, семейные и родовые традиции, отношение к политикам, власти, долгу, человечности, самопожервованию, осознанию себя как части важнейшего целого.
И все это происходит на фоне того, как страну трясут катаклизмы, заливают цунами, внезапно извергаются вулканы, идут пепельные дожди, и происходят разломы земной коры. Больше всего поражает, не только что, но и как на фоне всего этого ужаса, который, признаюсь, во время чтения заставлял глаза округляться, люди не превращаются в животных, не паникуют, не пытаются урвать себе кусок и надышаться перед смертью, а остаются людьми. Людьми. Мудрыми, цивилизованными, современными людьми. И когда, сопоставляя уже с современной трагедией Японии, понимаешь, что японцы действительно такие, становится тепло и приятно, что такие люди вообще существуют в наше испорченное время. Важный момент еще и в том, что "Гибель Дракона" дает понять, почему японцы такие.
Основные действующие персонажи – это простые, обычные люди с большой буквы Л. Они не проникнуты ура-патриотизмом, они не суперлюди с супервозможностями, они не питают иллюзий и не пропитывают ими читателя. Профессор, который предполагает, какое будущее ждет страну, но вынужденный молчать, чтобы не поднимать панику среди населения. Премьер-министр, перед которым слоит сложнейшая задача – спасти, сколько получится, представителей своего народа, и не дать погибнуть накопленным за многие столетия культурным ценностям. Океанолог, который знает о надвигающейся угрозе, но не может спасти своих близких. Серый кардинал, прикладывающий все усилия, чтобы спасти художественное и историческое достояние страны для потомков, но желающий остаться на тонущей Японии. Ученые, ценой своей жизни и здоровья помогающие решить сложнейшие общественные вопросы. Спасатели, гибнущие в попытках вывезти из эпицентров событий женщин и детей…
Особенно хочется выделить характер повествования. Поскольку «Гибель Дракона» - научно-фантастический роман, здесь нет множества описаний, эпитетов, художественных элементов. Значительная часть информации подается в виде хронологии событий. И вот это в книге действительно за гранью осознания – видеть в цифрах и скупых информационных сводках, ЧТО делает природа, и как люди ничего не могут с этим поделать.
Страшная, очень страшная книга – после таких в душе остаются шрамы. Но читать ее нужно обязательно, особенно нам, хомосапиенсам XXI века, которые не только природу уже не берегут, а даже о себе и своих близких позаботиться не могут. Или не хотят. Все это когда-нибудь аукнется. Обязательно. И дай Бог, слабее, чем описано в этой книге.
Читать далее
90
266
EvA13K10 апреля 2021 г.
Сегодня я снова, как и вчера в Японии, но не на идиллическом весеннем лугу, а на покрытом пеплом и огнем, сотрясаемом землетрясениями архипелаге. Роман, изданный в Японии в 1973 году (и как написано, экранизированный тогда же), напомнил мне два самых масштабных, эпических фильма-катастрофы - "Послезавтра" и "2012". Кроме описания самих огромных катастроф, гибели и спасения людей, роман похож на фильмы тем, что поднимает вопрос исследований, предсказывающих глобальные природные изменения, сохранение тайны от общественности, спасение национальных богатств и эвакуацию небывалых масштабов. И интересно, были ли подобного масштаба книги написаны ранее или автор стал первопроходцем? И насколько именно он своим романом вдохновил сценаристов этих фильмов?
Автор пишет о геологических изменениях в мантии под земной корой в районе Японского архипелага, невиданных доселе, точнее в исторических период, которые по прогнозу ученых приведут к затоплению всех островов Японии (достанется и Курилам с Сахалином). Причем, времени на подготовку к катастрофе почти не остается, и большая часть населения эвакуируется уже с пылающей и тонущей земли. А масштаб работ по эвакуации более 100 миллионов людей невозможно вообразить. При том, что даже при помощи всего остального человечества, этих людей надо не только спасти, но и где-то разместить и обеспечить всем необходимым на срок, пока они не найдут своё новое место в мире. Как это похоже на реальную историю беженцев из воюющих стран, с той лишь разницей, что теоретически возможно установление мира в их странах и их возвращение домой, японцам же по окончании событий романа возвращаться некуда. Жуткая, апокалиптическая книга. Правда, львиная её часть посвящена научным исследованиям и политическим действиям руководства страны, узнавшего о надвигающейся беде. И я долгое время вникала в роман, хотя читать было и интересно, но не настолько животрепещуще, как стало во второй части.
В первой трети книги тоже случаются несколько предварительных катаклизмов, но они и их последствия почти не описаны, словно для того, чтобы постепенно нагнетать обстановку. Да и после именно описание природных катастроф подано достаточно сдержанно, наибольшие эмоции вызывают отдельные отрывки размышлений людей о их жизни и происходящих событиях. Итогом же стало полное потрясения восприятие книги в целом.

На восточном конце Евразии, занимающей половину северного полушария, умирал Дракон.
Дракон корчился в жестоких судорогах. Его тело – изогнутое, словно в погоне за шаром, с задорно поднятым хвостом – сейчас было охвачено огнем, окутано дымом. Его крепкий хребет, между шипами которого росли густые зеленые леса, растрескался, и из этих ран, пульсируя, била горячая кровь. Из глубин Куросио, ласкавшего его с древнейших времен, выглянула смерть и с хищностью голодной акулы своими страшными зубами вгрызлась в его бок. Она отрывала кусок за куском, и живое, кровоточащее мясо исчезало в ее ненасытной утробе – в беспредельной пучине океана.
На южной стороне Центрального тектонического района южные половины Кюсю, Сикоку и полуострова Кии были уже отодраны от тела Дракона и большей частью поглощены морем. В краях Канто и Тохоку широкая полоса воды отделила полуостров Бофуса от Хонсю, его выступающая в океан часть погрузилась более чем на десять метров, а побережье Рикутю тоже нырнуло в Тихий океан, переместившись на двадцать с лишним метров. На Хоккайдо в Томакомай и Отару вошла морская вода, а полуострова Нэмуро и Сирэтоко, оторвавшись от суши, погрузились в море. Подобные же изменения происходили на островах на юго-западе Японии и на Окинаве; нескольких островов уже не стало.
За Драконом стоял невидимый гигант.
Четыре миллиона лет назад, когда на краю старого континента из посеянного семени народился Дракон-детеныш, где-то глубоко в недрах между ним и континентом появился слепой гигант, который начал выталкивать новорожденного в океан. Оторвавшись от матери-земли, плывя по бурным волнам, младенец рос и рос, все больше и больше возвышаясь над водой, и наконец превратился в могучего зрелого Дракона.
И вот сейчас слепой гигант, не перестававший все эти годы толкать Дракона, вдруг взбесился, сломал ему хребет, опрокинул и начал тянуть на дно. Всего за два-три года после начала катаклизма Японский архипелаг сдвинулся на несколько десятков километров на юго-юго-восток. Сила, толкавшая Японию со стороны Японского моря, проявлялась наиболее активно в центре Хонсю. Западная часть разлома передвинулась на тридцать километров, восточная – на двадцать к юго-юго-востоку, расстояние между устьями рек Тоекава и Ои в заливе Ацуми за какие-то несколько месяцев увеличилось больше, чем на два с половиной километра. На разодранной пополам земле целиком погрузились на дно города Тоехаси, Хамамацу и Какэ-гава, морская вода уже омывала подножия Южных и Центральных Японских Альп и, поднявшись против течения по реке Тэнрю, хлынула в котловину Ина, постепенно превращая ее в узкое, длинное озеро.
Период дождей начался не в июне, как обычно, а раньше, возможно из-за выделения огромных масс подземного тепла. В результате были почти полностью затоплены аллювиальные равнины вдоль Тихоокеанского побережья. Низменность Канто превратилась в мелкое море, теперь трехтысячетонные суда с пятиметровой осадкой могли доплыть до Такасаки, Татэбаяси и Фурукава. По низменности Ноби можно было доплыть до городов Гифу, Огаки и Тоета, по низменности Осаки – до города Киото, по низменности Тикуси – до Йосий префектуры Фукуока, а между городами Фукуока, Курумэ и Омута теперь было только водное сообщение. И в низменность Сэндая вода проникла до Хирайдзуми. На Хоккайдо воды Тихого океана, затопив низменность Кусиро, подошли к городам Обихиро и Сибэтя, и плоскогорье Консэн стало теперь морским побережьем.
Тяжко страдая, Дракон все же сопротивлялся бешеной силе, толкавшей его в спину и тянувшей на дно океана. В начале июня, четыре пятых его тела еще были над волнами и казалось, он делает все возможное, чтобы вырваться из ледяной руки смерти, протянутой к нему из тысячесаженной глубины. Каждый раз, когда Дракон с ревом бился в судорогах, изрыгая огонь, дым и раскаленную кровь, умирало бесчисленное множество живых творений, долгие годы обитавших в чешуе на его спине. Какой-то части из них удавалось оставить тело хозяина, на котором они благополучно существовали сотни тысяч лет, и бежать далеко за моря. Особенно рвались прочь двуногие существа, которые сильно размножились в четвертичном периоде кайнозойской эры, а в последнее время стали проявлять невиданную активность – скоблили Дракону спину, сосали его кровь, дырявили его тело, наносили бесчисленное множество ран на мягкой коже его живота и горла. Из их колоний на теле Дракона тучами взлетали подобия крылатых насекомых, а от его боков отталкивались и плыли по морю во все стороны битком набитые скорлупки.
Дракон был еще жив. Но сила, тянувшая его на дно, с каждым днем увеличивалась. Холодная вода, небесная и морская, все глубже проникавшая в раны при каждом судорожном рывке Дракона, наконец встретилась с его горячей кровью, бешено вскипела и, превратившись в пар, стала разрывать его тело изнутри. Когда ледяная рука смерти нащупает раскаленное сердце Дракона, плоть его будет окончательно разодрана на куски, и клочья мяса и кожи разлетятся во все стороны. И Дракона не станет. Его труп, еще теплый, но – как все мертвое – уже не способный напрячь мускулы и оказать сопротивление, будет равнодушно проглочен мрачной, холодной морской впадиной и похоронен на самом дне, куда не доходит солнечный свет. Что этот день близок, теперь было ясно каждому. Рык, судороги и прерывистое дыхание дракона, выбрасывавшего к небу пламя и дым, уже походили на агонию.
Постаревшая мать-земля, когда-то породившая дракона – плоть от плоти своей, – казалось, смотрит полными боли глазами, как бьется в судорогах и, изрыгая яд, в муках умирает ее детище. А океан, более древний и огромный, чем твердь земная, был равнодушен и холоден, готовя умирающему могилу на своем дне. С древнейших времен, в течение миллиардов лет на этой планете суша и море всегда боролись друг с другом. Порой вода отступала, и тогда на свет являлся большой кусок суши, но потом море вновь шло в атаку и заглатывало огромный кусище тверди. Суше приходилось странствовать по поверхности планеты. Она то меняла свои очертания, то раскалывалась. По сравнению с бесчисленным множеством континентов и островов, которые возникали из моря и вновь погружались в него за головокружительно долгий период существования Земли, легендарные Атлантида и Муу – сущая чепуха. Так стоит ли страдать из-за крохотного клочка тверди, который суша вот-вот вернет морю, пусть даже на нем процветает и гордится своим «процветанием» жизнь, порожденная некогда все той же водной стихией? Так, казалось, бормотало море… А порой оно проявляло любопытство скучающего зеваки к этому умирающему твердому кусочку. И тогда равнодушная, тяжелая и холодная морская вода, преодолевая остатки барьеров, проникала в глубь суши и, ни с чем не считаясь, все уносила с собой.
Читать далее
89
587

Все рецензии

Цитаты

Kukhareva_Svetlana14 января 2019 г.
Литература раскрывает лицо автора.
37
7,3K
Gallo4ki25 июня 2018 г.
Ибо несчастна жена, потерявшая веру в мужа, но трижды несчастен муж, утративший доверие жены.
36
1,4K
Kukhareva_Svetlana14 января 2019 г.
Фактически у меня нет никаких доказательств, что я не марсианин.
29
6,3K