Peaaegu t?ielik halvimate ?udusunen?gude nimekiri

Все, кого мы впускаем в свою жизнь, могут причинить нам боль. Иногда они так и поступают, иногда – нет, но это не является отражением нас самих или нашей силы. Любить того, кто делает тебе больно, не значит быть слабым.

Причинять боль себе довольно легко, однако, раня другого человека, ты разрушаешь себя.

Люди относятся к психическому заболеванию другого человека с пониманием лишь до определенного момента. Дальше их терпение иссякает.

Жизнь необязательно должна быть проклята, чтобы превратиться в полное дерьмо.

Знать заранее – ужасно. Знание – это проклятие, которое способно многих свести с ума.

Иногда мы проявляем храбрость, убегая, а иногда – оставаясь. И очень важно понимать разницу. Важно, наверное, для нас двоих.

Хуже глупого страха может быть только ситуация, когда остальные знают о твоем глупом страхе.

Иногда люди рассказывают правдивые истории так, чтобы они казались вымышленными, потому что это придает им достоверности.

... темнота может жить внутри человека и съедать его изнутри.

– Однажды, – сказал он, – каждый человек в мире проснется и поймет, что его родители – такие же люди, как и он сам. Иногда они бывают хорошими, иногда – не очень.

Тревожные люди всегда полагают, будто мир вращается вокруг них, но знание правды не избавляет их от склонности верить в ложь.

– Смерть умрет.
– Смерть не может умереть.
– Что за чудовищные создания были бы люди, если бы не могли умереть. Смерть ничем не отличается от них. Смерть умирает, потому что должен, потому что все умирает.

– Похоже, ты не раз оказывался на волоске от гибели. Только недавно, насколько я слышал, получил две пули в грудь.
– Ну, что тут скажешь. Мне все время везет.
– Чужая удача, как правило, раздражает менее удачливых, особенно в самый разгар войны.
– Предлагаете мне перестать быть удачливым?
– Возможно, тебе следует быть чуточку менее удачливым и вообще не попадать под пули.
Горовиц рассмеялся:
– Запомню это на будущее.

Ведь вечеринки – это люди, люди – это глаза, глаза – это испытующие взгляды, впивающиеся в кожу, будто маленькие осуждающие долгоносики, а осуждение – это прилюдный приступ гипервентиляции, который ведет к еще большему осуждению.

Все, о чем вы мечтаете, находится на другой стороне вашего страха.

Вы хоть раз видели фильм ужасов, где убивают человека, обвитого бешено мигающей гирляндой? Конечно же нет. Никто не хочет убивать странных людей. Иначе копы станут задавать слишком много вопросов. К тому же трудно забыть Уэнсдэй Аддамс, наряженную в гирлянду. Убийцы обычно ищут бродяг и проституток – людей второго плана, которых никто не вспомнит и по которым никто не будет скучать.
Ее же точно никто не забудет.