Рецензия на книгу

Три способа пролить чернила

Джон Остин

(0)

winpoo
22 июня 2018
В современном мире с неимоверной скоростью растет число прагматично ориентированных пользователей языка, которым особенно не интересно, да, видимо, и не нужно искать ответы на вопрос, как именно язык репрезентирует окружающий мир. Может быть, поэтому так быстро растет (и отмирает!) число жаргонизмов, слэнговых неологизмов, словарей возрастных, профессиональных, гендерных и иных субкультур и сообществ – слова придумываются по мере их надобности и исчезают, становясь ненужными. Видимо, это какой-то актуальный тренд, когда употребление, использование, потребление (короче, «юзанье») языка уводит нас, говорящих, от необходимости понимания сложной системы его значений и, следовательно, от точного и рефлексивно выверенного выражения мыслей и чувств в область немедленных действий, ситуационных актов. Иными словами, главным становится не понимание того, как язык устроен, а того, как он работает. Дискурс становится королем дня, а фраза «Аркадий, не говори красиво» - лозунгом коммуникации (ведь в смайликах все горадо проще и однозначнее). Возможно, это сродни тому же феномену, когда мыслительная деятельность трансформируется в то, что застенчиво именует себя «социальным интеллектом» или даже просто «здравым смыслом», при котором думать не надо, надо действовать, реагировать.
Вместе с этой книгой, прочитавшейся почти как бестселлер, мне было любопытно на несколько дней погрузиться в рассуждения по философии обыденного языка Дж. Остина. Все главы книги с их красивыми названиями («“Если” и “могу”», «Притворство», «Правда о фактах», «Линия и пещера в “Государстве” Платона») – это изящные вариации на тему функционального прояснения выражений обыденного языка, верификации их возможной истинности. Дж. Остин сосредоточивается не столько на самом языке (langue) с его системой этимологий, правил и значений, сколько на возможностях речевой деятельности (parole) описывать факты, делать нечто или провоцировать определенную реакцию или эмоцию.
Идеи Дж. Остина, в общем понятны, особенно если раньше пытаться немного почитать Н. Хомского, Л. Витгенштейна, Дж. Серля, А. Тарского, П. Стросона или хотя бы В. Руднева, чем создать себе видимость ориентировки в обсуждаемом проблемном поле, но рождают стихийную внутреннюю дискуссию с ним. Можно ли познать чужое сознание с помощью анализа чужих высказываний? Насколько перформативные акты равны поступкам? Чем именно заполнена личная память? Создается ли жизненный комфорт правилом «как обычно»? Всегда ли ситуация задает форму речевых высказываний? Определяется ли наша коммуникация набором базовых институциональных концептов, форм «всеобщего согласия»? Достаточно ли существования для сущности? Чего нам надо от других – чтобы они нас понимали или чтобы чего-то от них добиться?
Эх, наверное, надо было поступать на филологический…

22 понравилось
31
978

Комментарии 31

Ваш комментарий

, чтобы оставить комментарий.

Рецензия на книгу

Три способа пролить чернила

Джон Остин

(0)

winpoo
22 июня 2018
В современном мире с неимоверной скоростью растет число прагматично ориентированных пользователей языка, которым особенно не интересно, да, видимо, и не нужно искать ответы на вопрос, как именно язык репрезентирует окружающий мир. Может быть, поэтому так быстро растет (и отмирает!) число жаргонизмов, слэнговых неологизмов, словарей возрастных, профессиональных, гендерных и иных субкультур и сообществ – слова придумываются по мере их надобности и исчезают, становясь ненужными. Видимо, это какой-то актуальный тренд, когда употребление, использование, потребление (короче, «юзанье») языка уводит нас, говорящих, от необходимости понимания сложной системы его значений и, следовательно, от точного и рефлексивно выверенного выражения мыслей и чувств в область немедленных действий, ситуационных актов. Иными словами, главным становится не понимание того, как язык устроен, а того, как он работает. Дискурс становится королем дня, а фраза «Аркадий, не говори красиво» - лозунгом коммуникации (ведь в смайликах все горадо проще и однозначнее). Возможно, это сродни тому же феномену, когда мыслительная деятельность трансформируется в то, что застенчиво именует себя «социальным интеллектом» или даже просто «здравым смыслом», при котором думать не надо, надо действовать, реагировать.
Вместе с этой книгой, прочитавшейся почти как бестселлер, мне было любопытно на несколько дней погрузиться в рассуждения по философии обыденного языка Дж. Остина. Все главы книги с их красивыми названиями («“Если” и “могу”», «Притворство», «Правда о фактах», «Линия и пещера в “Государстве” Платона») – это изящные вариации на тему функционального прояснения выражений обыденного языка, верификации их возможной истинности. Дж. Остин сосредоточивается не столько на самом языке (langue) с его системой этимологий, правил и значений, сколько на возможностях речевой деятельности (parole) описывать факты, делать нечто или провоцировать определенную реакцию или эмоцию.
Идеи Дж. Остина, в общем понятны, особенно если раньше пытаться немного почитать Н. Хомского, Л. Витгенштейна, Дж. Серля, А. Тарского, П. Стросона или хотя бы В. Руднева, чем создать себе видимость ориентировки в обсуждаемом проблемном поле, но рождают стихийную внутреннюю дискуссию с ним. Можно ли познать чужое сознание с помощью анализа чужих высказываний? Насколько перформативные акты равны поступкам? Чем именно заполнена личная память? Создается ли жизненный комфорт правилом «как обычно»? Всегда ли ситуация задает форму речевых высказываний? Определяется ли наша коммуникация набором базовых институциональных концептов, форм «всеобщего согласия»? Достаточно ли существования для сущности? Чего нам надо от других – чтобы они нас понимали или чтобы чего-то от них добиться?
Эх, наверное, надо было поступать на филологический…

22 понравилось
31
978

Комментарии 31

Ваш комментарий

, чтобы оставить комментарий.

Рецензия на книгу

Три способа пролить чернила

Джон Остин

(0)

winpoo
22 июня 2018
В современном мире с неимоверной скоростью растет число прагматично ориентированных пользователей языка, которым особенно не интересно, да, видимо, и не нужно искать ответы на вопрос, как именно язык репрезентирует окружающий мир. Может быть, поэтому так быстро растет (и отмирает!) число жаргонизмов, слэнговых неологизмов, словарей возрастных, профессиональных, гендерных и иных субкультур и сообществ – слова придумываются по мере их надобности и исчезают, становясь ненужными. Видимо, это какой-то актуальный тренд, когда употребление, использование, потребление (короче, «юзанье») языка уводит нас, говорящих, от необходимости понимания сложной системы его значений и, следовательно, от точного и рефлексивно выверенного выражения мыслей и чувств в область немедленных действий, ситуационных актов. Иными словами, главным становится не понимание того, как язык устроен, а того, как он работает. Дискурс становится королем дня, а фраза «Аркадий, не говори красиво» - лозунгом коммуникации (ведь в смайликах все горадо проще и однозначнее). Возможно, это сродни тому же феномену, когда мыслительная деятельность трансформируется в то, что застенчиво именует себя «социальным интеллектом» или даже просто «здравым смыслом», при котором думать не надо, надо действовать, реагировать.
Вместе с этой книгой, прочитавшейся почти как бестселлер, мне было любопытно на несколько дней погрузиться в рассуждения по философии обыденного языка Дж. Остина. Все главы книги с их красивыми названиями («“Если” и “могу”», «Притворство», «Правда о фактах», «Линия и пещера в “Государстве” Платона») – это изящные вариации на тему функционального прояснения выражений обыденного языка, верификации их возможной истинности. Дж. Остин сосредоточивается не столько на самом языке (langue) с его системой этимологий, правил и значений, сколько на возможностях речевой деятельности (parole) описывать факты, делать нечто или провоцировать определенную реакцию или эмоцию.
Идеи Дж. Остина, в общем понятны, особенно если раньше пытаться немного почитать Н. Хомского, Л. Витгенштейна, Дж. Серля, А. Тарского, П. Стросона или хотя бы В. Руднева, чем создать себе видимость ориентировки в обсуждаемом проблемном поле, но рождают стихийную внутреннюю дискуссию с ним. Можно ли познать чужое сознание с помощью анализа чужих высказываний? Насколько перформативные акты равны поступкам? Чем именно заполнена личная память? Создается ли жизненный комфорт правилом «как обычно»? Всегда ли ситуация задает форму речевых высказываний? Определяется ли наша коммуникация набором базовых институциональных концептов, форм «всеобщего согласия»? Достаточно ли существования для сущности? Чего нам надо от других – чтобы они нас понимали или чтобы чего-то от них добиться?
Эх, наверное, надо было поступать на филологический…

22 понравилось
31
978

Комментарии 31

Ваш комментарий

, чтобы оставить комментарий.