Рецензия на книгу

• 

  augustin_blade

  5 июля 2014

  Много рассуждений по канве сюжета, так что beware.
  

  
  Этель знала: ей двадцать лет, и она никогда не была молодой.

  Во время прочтения меня не покидало ощущение, что из-за угла где-то за плечом выглядывают Франсуаза Саган и Иван Тургенев и любопытно так смотрят, мол, ну как оно, как? А я только плечами пожимаю.

  Совсем на разной волне мы с Леклезио и его романом "Танец голода", где на фоне войны развиваются куда более прозаичные зарисовки детской дружбы, выяснения отношений в семье, темы великой мечты и ревности, патетики и зацикленности человека. Красной линией по всему роману идет плетение сюжета вокруг юной Этель, по мере взросления которой меняются декорации окружающего ее мира. Начинается война, умирает дедушка, отец просаживает деньги, мать ревнует отца, былое величие семейства уходит в никуда, затем бегство, голод, поиски убежища, а Этель из бестолковой девчонки, которой было достаточно легко запудрить голову, становится жесткой девушкой, вынужденной брать на себя ворох забот, по умолчанию понимая, что ей всего предприятия уже не спасти.

  Вот вроде бы получается типаж сильной героини. Тяжелые времена семьи, разочарование в лучшей подруге и окружающих людях. Но в образе Этель постоянно проскальзывает жесткий эгоизм, словно она получает удовольствие от того, что сделала с ней жизнь, в какие условия она ее поставила. Отчаяние это или просто злость, замешанная на судьбе? Не знаю, но в образе Этель нет мягкости и внутреннего тепла. Эта обозленность как грубая сила, которая зреет на собственном эгоизме, взросшем на эгоизме других людей. Хотя единоличием роман наполнен вдоль и поперек: это слышать только себя, верить только себе, делать только то, что ты хочешь, даже если это приведет всех в пустой котлован. Герои Леклезио падают либо в сторону пустоты, потому что забыли и не хотят спасти свое окружение (будь то люди или вещи), либо в сторону жестокости и уединения. Везде действие или бездействие, которые привели к краху. А путь Этель - заковать себя в кокон и никого туда не пускать. Никому не говорить, что творится в твоих мыслях на самом деле. Быть именно такой, а поэзию высоких материй оставим в пыльном чулане. Приличную часть романа занимает детство главной героини и ее отношения с Ксенией, девочкой из бежавшей из России некогда великой семьи, которая теперь живет в более чем бедных условиях. Повлияла ли холодная девочка Ксения на свою подругу? Безусловно, частички зеркала Снежной Королевы она в нее всадила. Использовались ли эти эпизоды, дабы потом более ярко показать крушение идеалов Этель? Возможно, но не уверена. Скорее речь идет о том, что не только наши поступки, но слова и поступки дорогих нам людей могут очень сильно ранить и пустить трещину в твоем мире и жизни. Стоит ли здесь копать дальше в сторону темы доверия? Нет, не думаю.

  На обложке моего издания пишут, что "Танец голода" - это роман-размышление о беспомощности человека, оказавшегося один на один с современным миром, и о судьбах людских в период исторических катаклизмов. Если брать за катаклизм Вторую Мировую, которая незримо присутствует в романе, то немного не соглашусь с акцентами. Вся эпоха, начиная со становления фашизма и заканчивая капитуляцией - это лишь декорации для действия романа Леклезио, причем эти декорации со стороны зрителя расположены очень далеко внутри пространства сцены. Война где-то там, далеко и отголосками, потому что все равно главной линией остаются люди, их погибший "золотой век", былое величие и кулуары семьи (а местами это величие надо уверенно брать в кавычки, вспомнить хотя бы Александра и его проекты). Персонажи Леклезио - словно старые куклы, которые уже никому не нужны и которые сидят себе в шкафу и пылятся, пока их не выкинут на улицу. Покрываются пылью, вздыхают и ждут своей участи. Война - это война, а судьбы персонажей во многом решили их собственные деяния еще до расцвета фашизма и антисемитизма. Взбалтывать, но не смешивать. Одна лишь Этель пытается периодически вырваться из этого круга кукол и марионеток, что ей в итоге и удается, но не во имя великого чувства, не во имя великого стремления. Это просто момент выживания, рывок исчезновения из опостылевшего и покрытого руинами мира прошлого. Потому что теплого и мягкого в душе Этель нет, чем она даже в какие-то моменты плоско гордится.

  Как итог - история разбитых душ на фоне великой войны, когда смерть и кровь вон там, а на первом плане - человек, его прошлое и пустота души. И ох как часто война не имеет никакого отношения к корке внутри человека и его превращению в закованное льдом создание. "Танец голода", возможно, действительно поэтичен и пропитан тревожной музыкой, но на меня эта поэтичность лишь давила, а вместо "Болеро" - простой шелест листьев под безумно сильным ветром. Тема падения семейств, словно щепотка Тургенева. Холодные героини, закованные в свои коконы, которые уже поздно рвать, да и нет в душе этого света, и вообще нелюбовь, словно призраки повестей Саган. Роман не моего романа, финальный эпизод которого ("Сегодня"), тем не менее, безумно понравился по всем параметрам. Ну и да, моя любимая мысль о том, что зло слишком часто недооценивают и высмеивают, а оно потом как тяпнет за ногу.

  43 понравилось

  13

  658