Диковинные истории

Он вспомнил, как мать поджидала момент, когда он снимет наушники и пойдет в ванную; тогда она поспешно выскальзывала из кухни и преграждала ему путь. «Все птенцы покидают гнезда, таков порядок вещей, родителям полагается отдых. Вся природа живет по этому закону. Так что ж ты меня мучаешь, тебе уже давно пора съехать и устроить свою жизнь», – причитала она.

Окрестные леса со все большей силой источали весну, которая изливалась на болота, так что вскоре те стали желтыми от цветов на толстых стеблях, водяных лилий невиданных форм и расцветок, а также от плавающих растений с большими листьями, названия которых я не знал, отчего, будучи ботаником, испытывал стыд.

"Война – явление страшное, адское, даже если бои как таковые не касаются человеческих поселений, она все же распространяется повсеместно, проникает под самую бедную стреху – голодом, болезнью, всеобщим страхом. Сердца грубеют, становятся равнодушными. Меняется сам способ мышления – каждый думает только о себе и о том, как выжить. Многие при этом ожесточаются и делаются невосприимчивы к чужому страданию."

М. испытывает ощущение странной подвешенности, как случалось в детстве, когда окружающее пространство еще не было заполнено значениями и каждое событие казалось единственным и неповторимым.

Дикий мир. Без людей. Мы не можем его увидеть, потому что мы — люди. Мы сами от него отделились и теперь, чтобы туда вернуться, должны измениться.

Сегодня мы знаем, что человек при рождении начинен всевозможными потенциалами, и взросление заключается вовсе не в их развитии и обучении, а скорее в отсечении возможностей, одной за другой

- Скажите мне, - осторожно начал пан Б., - вам не кажется, что мир изменился? Что его словно бы, - он подбирал слова, - не ухватить?

- Конечно, дорогой мой, вы абсолютно правы. Время ускорилось, вот и все. То есть оно-то как раз не ускорилось, просто ум у нас уже изношен, и мы не успеваем за временем так, как прежде.

Порой Илон даже не мог сдержать рыданий. Это было подобно кашлю – его организм давился оказанным ему доверием, словно сосуд, а ведь чем-то вроде сосуда он и являлся, не мог вынести такого количества ласкового добра, которое в него вливалось, – того и гляди лопнет под его напором.

Сегодня мы знаем, что человек при рождении начинен всевозможными потенциалами, и взросление заключается вовсе не в их развитии и обучении, а скорее в отсечении возможностей, одной за другой. В конце концов из дикого буйного растения мы превращаемся в своего рода бонсай – уменьшенную, подстриженную и урезанную миниатюру потенциального себя.

Эмоции, возбуждаемые фальшивыми причинами, столь же сильны, как те, что порождены настоящими, поэтому человек часто обманывается.

Я всегда стесняюсь своего творчества, а точнее, испытываю весьма мучительное амбивалентное чувство – желание и одновременно нежелание, чтобы его кто-нибудь увидел. Я никогда не бываю довольна, особенно текстом, подписью к рисункам. А если и бываю, то недолго; прочитанный на следующий день текст кажется неуклюжим и полным ошибок.

Почему детство продолжается так несоизмеримо долго, что потом не хватает времени на зрелость, на рефлексию и извлечение уроков из собственных ошибок?

Весна по Европе распространяется волнами. Зародившись в южной Италии и Испании, она осторожно продвигается на север – неведомыми тропами, неведомыми способами. В марте достигает юга Франции и Греции, в апреле вспыхивает в Швейцарии и на Балканах, в мае расцветает в Германии и Центральной Европе, чтобы к началу июня объявиться в Скандинавии.

"Мир есть домик огромной улитки, который та тащит сквозь время."

"Бог даровал нам чувства и разум, чтобы исследовать с их помощью мир и знания свои приумножать. Европа там, где царит разум."

"Героев, действующих на этой сцене, именуемой Европой, объединяла бы вовсе не религия, как некоторые полагают, – ведь религия скорее разделяет, с чем трудно поспорить, если вспомнить количество убитых по религиозным причинам"

Природа есть великое нечто

Порой Массажиста Илона посещало тревожное чувство, будто лужи и пятна на штукатурке как-то связаны друг с другом, перекликаются, играя формами, общаются, сплетничают о людях – жителях этого темного города.