Мой идеальный смерч

КДХВ - когда друг хуже врага

Пессимисты избавляются от негатива через слезы, мы, глупые сангвиники, к каковым я причисляла нас обоих, – через смех.

У меня знаешь ли, жизнь - не медовый пирог. И даже не ватрушка, посыпанная сахарной пудрой. Она у меня, жесткая как позавчерашняя булка без изюма и джема.

Мир не такой простой, как мы думаем, а горизонт – не конечная точка, а лишь видимая линия, которую каждый из нас способен перешагнуть.

— Ну, спасибо, – он усмехнулся, дописывая что-то в записке. – То ты говоришь, что меня любят бомжи, то обвиняешь, что я тебя заставил контракт подписать, то намекаешь на мои криминальные наклонности. Если бы кто услышал твои слова, то явно бы подумал, что я – нелицеприятный тип.

Забывчивые девушки - очень милые.

Главный подарок парня девушке - не цветы, а само свидание, желательно такое, чтобы она запомнила его на всю жизнь!

Вот жизнь, поганка… Нет, она как корзина с грибами — то поганку вытаскиваешь ядовитую, то вкусный подберезовик, а если повезет, то и деликатесный трюфель.

Кто будет жить на дне океана?
Смер-чин-ский!
Милый красавчик, козел без изъяна?
Смер-чин-ский!    
Кто виноват всегда и везде?
Смер-чин-ский!
Кто так же нагл, я с ним – быть беде? Смер-чин-ский!

«Я явно выглядела так, будто у меня в голове прогрессировал большой привет»

Мужчине будет очень неприятно, если кто-то положит глаз на его женщину.

– Очень смешная шутка. Все обхохотались, – отвечала я. – Это не ты писал шутки Чарли Чаплину?
– Чарли Чаплин снимался в немом кино. В основном, – уточнил он.
– Вот и бери с него пример! Молчи!

Сама придумала, сама наделила определенными чертами характера, сама же назначила идеалом.

Незаменимых людей не бывает, но есть такие, замена которых чревата.

- Иногда я думаю, поместятся ли все посланные в тех местах, куда их посылают?

• Поставь вопрос по-другому. Смогут ли они достаточно растянуть эти самые места посыла?

— Дождь. Проклятый дождь. Он портит настроение. Дождь… А сегодня мне не хватает тепла, никто не верит, что его не хватает.

— Вот же загнул, — пробормотала я, поражаясь одновременно многочисленным талантам Смерчинского. И чтец, и жнец, и на дуде игрец. Интересно, а танец живота он танцевать умеет? А чревовещать? А в урну плевком попадать за двадцать метров?