Ранние дела Пуаро

Небольшой рассказ о провале Пуаро. Читать его приятно потому что он совсем не перегружен персонажами и событиями. Все четко, никаких ответвлений, произведение больше похоже на краткое содержание какой-то детективной истории. Пока что не могу определиться, какие ее детективы мне нравятся больше, короткие или длинные, но этот явно можно было превратить в большое произведение.

В очередной раз убедилась, что у меня куда-то исчезла логика, ведь в самом начале много-много раз говорится о розовой коробке шоколада с голубой крышкой…

Данная книга Агаты Кристи, ставшая предпоследней из вышедших при её жизни (в 1974 году) представляет собой сборник из 18 рассказов с участием Эркюля Пуаро и (в большинстве случаев) капитана Гастингса, которые, однако, были написаны значительно раньше («когда великий сыщик еще только начинал становиться великим») и в 1923–1936 гг. публиковались в периодических изданиях.
По своему уровню сборник выглядит достаточно ровным; большинству из входящих в него рассказов можно выставить оценку где-то между 3,5 и 4 баллами (кроме особо оговорённых исключений). На некоторых из данных миниатюр я далее остановлюсь чуть подробней.
«Исчезновение клэпемской кухарки», в принципе, можно было бы признать довольно хорошим, если бы злоумышленник в нём не переусложнил такое простое дело, как приобретение сундука, до полного абсурда.
После ознакомления с «Двойной уликой» я даже анекдот сочинил: «Как Вам удалось столь быстро разобраться с этим делом, Пуаро? – Элементарно, Гастингс! Если среди подозреваемых есть русский, значит, преступление уже наполовину раскрыто!» А вот в рассказе «Как всё чудесно в вашем садочке...» писательница, к моему изумлению, вдруг сделала финт и буквально перевернула данный принцип с ног на голову. — Что ж, в конце концов, на то она и Кристи, чтобы время от времени совершать столь неожиданные ходы! (К сожалению, эту вещь испортила откровенно фальшивая концовка...)
Рассказу «Наследство Лемезюрье» я рискнул выставить высший балл (ну, с натяжкой), чему из всей «пуарианы» от меня удостоились лишь немногие произведения. Моя рецензия на него: https://www.livelib.ru/review/3149128-nasledstvo-lemezyure-agata-kristi .
«Плимутский экспресс» стал первым «железнодорожным» детективом писательницы, из сюжета которого в дальнейшем вырос роман «Тайна “Голубого поезда”».
«Квартиру на четвертом этаже» я перечитывал уже не раз, и неизменно с удовольствием. Моя оценка — 4,5 (выставить пятёрку помешало лишь откровенно невероятное совпадение, касающееся мест проживания персонажей).
«Осиное гнездо», на мой взгляд, является самым слабым произведением данного сборника (только 3 балла), как неправдоподобное с психологической точки зрения. Да любой сколько-нибудь нормальный человек на месте мистера Харрисона (позиционируемого в качестве положительного персонажа) был бы только благодарен тому, кто взялся утешить девушку!
Ну а в целом о данном сборнике я могу сказать, что хотя среди содержащихся в нём рассказов нет бесспорных шедевров, и вряд ли их можно сравнить по глубине с большинством романов; тем не менее, они отличаются разнообразием, выразительностью и могут быть признаны по-своему вполне симпатичными. Да и что ни говори, приятно было вновь встретиться с великим бельгийцем; к тому же, на страницах довольно малознакомых произведений!

А ведь на первый – только на первый – взгляд ничего не предвещало. Четверо друзей, знатно повеселившись, наведались домой к одной из дев, а ключа-то и нет. Пэт долго не думала и тут же набросилась на друзей: вы-де сами виноваты, я же вам на протяжении всего вечера давала подержать свою сумочку, вот вы ключ и потеряли... Уставившись на закрытую дверь, они принялись размышлять, как же им туда попасть. Привратника нет, пожарной лестницы – тоже, в форточку не залезешь, всё-таки четвёртый этаж, да и запасного ключа ни у кого нет, он, столь желанный, висит на кухне. Решение нашлось быстро: грузовой лифт для подъёма угля. Парни без особых затруднений добрались до квартиры и проникли в неё через открытую дверцу, свет вот только в кухне не включался, так что пришлось идти в гостиную, а там... Мало того, что они ошиблись – ошиблись ли... – квартирой, так ещё и труп обнаружили. Только ребята собрались звонить в полицию, как из темноты лестничной площадки донёсся загадочный голос, предложивший им свою помощь, и на свет явился он: «Молодые люди внимательно разглядывали маленького мужчину с жуткими усиками и яйцевидной головой. На нём был великолепный халат и украшенные вышивкой мягкие комнатные туфли. Он галантно поклонился», – в этом описании прекрасно всё. Да, к несчастью для убийцы, в доме проживал сам Эркюль Пуаро – и он был намерен пошевелить своими серыми клеточками.

«Я недоволен. Я собираюсь сейчас провести небольшое частное расследование», – типичнейшее поведение великолепнейшего. Как отметил явившийся на место инспектор, всё было довольно просто, улик было предостаточно: орудие убийства лежало под телом, рядом нашёлся шёлковый платок с вышитыми инициалами, ну и найденное письмо, конечно, стоило всё сложить, как якобы становилось ясно, что несчастную убил некий Джон Фрезер, его-то и необходимо найти. Тем временем хмурый мужчина в халате смотрел на всё это действо и пыхтел, потому что нет, всё не так очевидно. «— Вас что-то не устраивает, мсье Пуаро? — Да, не устраивает». Для того, чтобы во всём разобраться, ему пришлось порыться в мусорном ведре и осмотреть взглядом комнату, voilà, дело раскрыто. «Описание всегда должно быть предельно точным. Считайте, что это... как у вас говорится... мой маленький пунктик», – вот он, главный секрет столь быстрого нахождения ответа. Почему в кухне были проблемы со светом и были ли они вообще? Зачем тело женщины спрятали под шторой? И почта, разумеется, которую принесла служанка. Осталось только разыграть небольшой спектакль, в нужный момент вытащить некую бутылочку, использовать свои особые навыки – и всё, убийца выведен на чистую воду. Да, это было эффектно. Вполне понимаешь молодых людей, которые, затаив дыхание, с восторгом наблюдали за действиями прославленного сыщика, который щеголял в халате и тапочках...

«Нам достаточно будет просто посмотреть», – то, как, внимательно осмотрев комнату, он и правда всё понял! Это было впечатляюще. Впрочем, сильнее меня впечатлило то, что всё то время, пока девушки и юноши решали, как же им попасть в запертую квартиру, Эркюль стоял на лестничной площадке и слушал, да-да, он остерегался ринуться к ним со своей помощью в виде отмычек, это выглядело бы довольно странно и даже подозрительно, но сам факт того, что он стоял и подслушивал! Прям как те бабули из детства, что несли свой дозор у дверных глазков (и сейчас небось ведут?.. не знаю). И – эти его халат и тапочки... ох. За несколько часов он успел и вкусным омлетом насладиться, и душевно поболтать с приятными молодыми людьми, и, конечно, раскрыть само дело, которое, если вдуматься, было жутким. «— Похоже на то, что её убили. — Ох! — Я понимаю. Это звучит дико», – сказал тот, кто и убил. Застрелить жену, дабы она не рассказала симпатичной юной девушке о самом факте их замужества, а потом сразу пойти веселиться с новой пассией... Как отметил другой юноша, убийца весь вечер находился в прекрасном расположении духа, ну прям-таки весельчак, то есть ему вообще было всё равно, что несколько часов назад он совершил убийство (на него, к слову, сразу подумалось, намёков и тех самых маленьких пунктиков хватало, серые клеточки быстренько зацепились за всё это). То был, надо понимать, совершенно обычный пятничный вечер для страстного любителя омлетов... И вовсе его усики не жуткие!

«Никто никогда не сможет сказать, что Эркюль Пуаро бросил в беде незнакомого человека!», – это было скромно... А началось всё с того, что капитан, придя к своему другу, увидел, что тот слишком уж переутомлён и раздражён, ибо в последнее время ему довольно часто приходилось расследовать дела о пропаже... драгоценностей и котят. Нет, ну а что. Не каждый же день распутывать дела государственной важности... Было принято решение: едем в отпуск, к тому же другу мсье потребовалась некая помощь, можно будет по пути заехать, так что складывалось всё чрезвычайно удачно... ровно до того момента, пока Гастингс не узрел чудесные золотистые волосы. Тяжёлый вздох, да. Неисправимое. Пока Пуаро ругался с билетёром (ему не дали скидку, это просто возмутительно!), как следует закутывался (тёплый костюм, шерстяной жилет, пальто, два шарфа и плащ, – вот это я понимаю подготовка) и оценивал чужие усы (кому-то просто не дано их носить, c'est la vie), капитан строил глазки девице, потому что а почему бы и нет? И вот у этой дамы внезапно пропадает весьма ценная вещь. Влюблённый в её шевелюру джентльмен (почему он сам не отрастит локоны, чтобы ими любоваться?.. это облегчило бы дело) тут же её успокоил, он... нет, не попытался ей помочь, он подтолкнул к этому своего друга, ибо вот в ком серые клеточки-то резвятся! Да, сложилось всё и правда крайне удачно. «Вы можете поручить мне разгадать ваше маленькое дело. Я сделаю всё возможное!».

«Один из этих простаков оказался совсем не прост, он оказался Эркюлем Пуаро!», – и это очередное пафосное было совершенно не к месту, потому что как бы уважаемый ни бахвалился, он тоже клюнул, только повёлся он не на красивые волосы, а на напускную глупость. Ну и бестолковая же эта девица, одно что рыжая! И давай её наставлять... Ох уж эти самоуверенные господа, а. Презабавно. Само дело было до смешного простым, типичная афера, и переодевание преступника не сказать что выглядело эффектно, но – эти усы! Усов в этом рассказе много. Он, можно сказать, выстроен на усах. «Пуаро замолчал и отказался от дальнейших обсуждений этого дела, сказав, что когда я давлю на него, то он думает в основном об усах, и что я поступил бы благоразумно, самостоятельно поразмыслив об этом деле», – голосом ещё одного знаменитого усача: размышлять самостоятельно Гастингс, конечно же, не стал (зачем, если можно потратить это время с пользой – полюбоваться чьими-то волосами, например), а мог бы, потому что усы – и всё тут. И правда, куда же могли подеваться ценные миниатюры, которые очаровательная девушка везла на смотр потенциальному клиенту? Находящийся на грани банкротства антикварный магазин, мудрая тётушка, болтливая племянница... Да, при помощи усов сыщика не обмануть, тут надо отдать ему должное. Капитану бы у него поучиться, честное слово. «Гастингс, вы наивны и простодушны, как дитя».

«— То есть вы даже его и не подозревали? — Mon ami! С его-то усиками?», – ради всего святого, это было слишком... хотя о чём я, тут был даже такой восхитительный диалог: «— Пуаро! Усики. Вы слышали? — У меня пока хороший слух, благодарю вас, Гастингс!», – и усики эти мне будут сниться. Хотелось бы мне знать, что произошло в жизни писательницы, раз она так прошлась... по усам. Вообще, рассказ довольно бледноват, это чувствовалось, сама история не сказать что интересная, но как были высмеяны оба главных героя! Я такое люблю. Ну и да, очередной отпуск, который закончился делом, это уже классика, как и пуаровская заносчивость и гастингсовская глупость. Это было очаровательно: Артур, значит, как всегда повёлся на блеск златых волос, в процессе расследования запутался и решительно ничего не понял, но при этом когда дело было раскрыто, умудрился обидеться на друга за то, что тот, видите ли, кое о чём умолчал и – подумать только – якобы солгал! Уморительно. Не в первый раз ловлю себя на мысли, что типажи, которые обычно выводят меня из себя, в исполнении Агаты Кристи вообще не злят, это так... странно? Возможно, дело в том, что, как я уже сказала, она нещадно их высмеивает. Вот если бы всё это подавалось серьёзно, без забавных моментов и тонких уколов... о, тогда я бы точно не справилась. А так... Ну любимые же! Дурненькие, но свои. «Я даже не думал обманывать вас, Гастингс. Я лишь позволил вам обмануться».

«Дело это очень деликатное и семейное», – что и говорить, Эркюль Пуаро был заинтригован письмом, в котором некая почтенная дама просила его помощи в таком непростом деле, потому, конечно же, он согласился её проконсультировать, вот только... она умерла. Бывает, как говорится, возраст, и так далее и тому подобное. Вот только – эти странности: просьба о помощи, поведение родственников, да ещё этот садик покойной, что-то в нём явно было не так, но что?.. Месье не был бы гениальным сыщиком (он так, к слову, сам выразился; ну это же Пуаро, чего уж тут), если бы его серые клеточки не работали на постоянной основе, а они работали, хранили нужную информацию и дожидались своего звёздного часа. «Что-то было не так. Я чувствую это... нет, не чувствую. Определённо я что-то видел, что-то было не так. За дело, маленькие серые клеточки. Вспоминайте... размышляйте. Всё ли было логично, всё ли было в порядке?». Да, с садом и правда было всё не так. Держитесь, мыши! Кот вышел на охоту.

«Мышка сидит в норке! Как же теперь поступит кошка?», – подкрутит усы, наденет шляпу и займётся ловлей, разумеется. К сожалению, Артур Гастингс отсутствовал (что очень печалило его друга, это пуаровское, мол, да, мой товарищ постоянно ошибался, но знаете, он делал это так очаровательно!..), зато Фелисити Лемон была на месте и подсобила своему начальнику (о, эта любительница бумажной работы, презирающая всё человеческое). На первый взгляд всё было довольно очевидно: сиделка, над которой якобы измывалась жертва, обнаруженный стрихнин, поведение предполагаемой убийцы... Местного инспектора найденные “улики” вполне устраивали, вот только настоящим преступникам не повезло – на их след вышел великий детектив (опять же, его слова, не мои), серые клеточки которого были возмущены нарушенной гармонией сада. Ах, эта ирония – попасться на такой мелочи! Да, охота удалась. «Он удовлетворённо проурчал что-то, словно поймавший мышку кот».

«— Старая дама жутко переполошилась. — Вот как! По-вашему, переполох идёт изнутри?», – а хорошо поставленный вопрос, надо отметить... Казалось бы, дело было чрезвычайно банальным, благодаря письму и стихотворению всё стало ясно, но сама развязка! Это было красиво. Не менее прекрасной была и работа гениального и великого в дуэте с бесстрастной мисс Лемон, их разговоры были ну просто изумительными: «— Допустим, вы – русская девушка, — начал Пуаро. — Да, — сказала мисс Лемон, выглядя стопроцентной англичанкой», – я аж посмеялась, представив её лицо. Да, Эркюль Пуаро тот ещё скромняга, но, во-первых, своим поведением он и впрямь напоминает хитрого кота, а во-вторых, то, как он помог незнакомой девушке, которую наверняка бы обвинили в убийстве, в какой-то степени даже растрогало... Как говорится, не имей сто рублей, а знай одного такого вот хвостатого усатого человека, который сделает всё для того, чтобы вызволить тебя из непростой ситуации.

Артур был так впечатлён этой воображаемой сценой, что не мог сдержать эмоций, уж больно сильно задел его этот образ: мягкий вечер, семейные посиделки за игрой в бридж, уют и тепло, и тут – явившаяся из сумрака дева в окровавленном платье. «Меня сразу поразили драматические перспективы истории», – продолжал болтать капитан, Эркюль же слушал его и ярился, ибо ради всего святого, как можно раскидывать газеты, неужели так сложно их сложить, он же вот их сложил, и ничего, не сломался!.. Наблюдая за этой сценой, было сложно не улыбнуться, ну какие же они прелестные в своей забавности, да и ворчащий великолепнейший представляет собой то ещё зрелище: «На редкость глубокомысленно! Мой друг Гастингс бывает иногда удивительным философом», – я по утрам время от времени тоже та ещё язва, так что не осуждаю... А дело и правда интересное. Кому понадобилось убивать известного импресарио и была ли виновна в его гибели залитая его кровью танцовщица, подруга некоего князя? Именно князь обратился к сыщику, дабы во всём разобраться, а то любовь любовью, конечно, но... Возражений не последовало. Расследуем. Газеты перед уходом, главное, надо сложить...

«Эркюль Пуаро не охотится за бродягами», – что бы это ни значило... Впрочем, бродяг тут и не было, зато была семья Орландерс, чей покой потревожила та несчастная, и маленьких, но занятных деталей в их обители более чем хватало: неубранная комната и чистые туфли, семейные портреты, наличие той самой карты... А что же можно сказать про место убийства? Там тоже было много интересного: поднятая штора, открытая балконная дверь, мраморная скамья... «Дело представляется мне совершенно элементарным», – заявил Пуаро, и... ошибся. И такое бывает. Потому что «крепкая семья способна разыграть любую драму», и ради своих любимых люди на что только не пойдут. Впрочем, разобрался во всём уважаемый довольно быстро, после чего выступил судьёй и присяжным, то есть да, он в очередной раз не сдал преступников, и снова – какое совпадение! – в этом деле был замешан высокородный род, и... ладно, он поступил так потому, что убийство вроде как не замышлялось, да и про шантаж забывать не стоит. Под конец он ещё и горючего подлил в этот неоднозначный костерок, пафосно заявив, что беспокоиться не нужно, полиция ни за что не догадается, они ведь – ха! – не эркюли пуаро. И правда...

«Пуаро! Вы невыносимы», – как точно подмечено... но при этом всё равно любимы, чего уж там. Я опять немного побесилась с его “приговора” и театральности, но на сей раз ситуация довольно сложная, а детали, эти детали, из которых было так интересно складывать общую картину! Очень понравилось, как и сама атмосфера всего расследования, было в ней что-то особенное... Ну и взаимоотношения друзей, конечно, как всегда были на высоте, а удивительные гастингсовские выводы, точнее их полнейшее отсутствие? «— Итак, мой друг, теперь вам всё понятно? — Мне ничего не понятно! Кто, чёрт возьми, его убил?», – он буквально стоял рядом и был свидетелем разговора своего товарища с матерью семейства, они практически открыто обсудили всё произошедшее, намёки были прозрачны, но Гастингс всё равно ничего не понял. У него, как верно отметил его приятель, слишком впечатлительная душа для таких суровых открытий, видимо. Обожаю это. «Я уставился на него, потрясённый, но ничего не понимающий», – его вечный mood. Хотелось бы сказать, что я умнее, но куда там, хотя угадывать всё равно приятно, это надо признать. Всё-таки есть в рассказах Агаты Кристи своё непревзойдённое очарование...

Это сравнение Пуаро с черепахой было, на мой взгляд, просто блестящим. Да, отдохнуть ему не дали, и это в его-то отпуск! Возмутительно. Не сказать, что он так уж сильно был из-за этого расстроен на первых порах, расстраивало его другое, ибо море – и этим всё сказано. «Оно же никогда не успокаивается... никогда, даже на минуту», – как и люди с их страстями, порывами и поступками; какое им дело до того, что достопочтенный детектив решил расслабиться... Настроение у месье было прескверным и это чувствовалось, но даже в свой заслуженный выходной его серые клеточки усердно работали, подмечая все странности. Например, генерал, который только и делал что сплетничал («Да, сведения, видимо, вполне достоверны!», – о, это было смешно, ох уж эти “факты”), слушать его особо не хотелось, но приходилось, и ведь пригодилось! И когда уединение черепахи сыщика было прервано, он уже был наготове, как и его блистательные серые клеточки. «— О, вы из Бельгии! — Эркюль Пуаро. К вашим услугам».

«Защитная маска слетела с его лица. Пуаро улыбнулся», – и сразу всё, конечно же, понял. Убитая дама раздражала чуть ли не весь корабль, она и старая (ужас какой, как она вообще посмела... быть старой), и властная (опять же, ну просто возмутительно), да ещё и мужем, милейшим человеком, помыкала (то есть её возмущали его постоянные гулянки с молодыми девицами). Так кто же вонзил в её чёрствое сердце кинжал, обронив при этом нить янтарных бус, да ещё и умудрился провернуть это при закрытой двери?.. Дело-то вроде простое, таких историй – пруд пруди, но этот поворот с “талантом” мужа удивил. Да, и правда милейший человек, жена вон на себе убедилась... И ведь если бы величайший из величайших не оказался на судне, вряд ли бы его поймали, да и вообще, женщина была такой мерзкой!.. Это, пожалуй, было самое неприятное – то, как влюблённая леди пыталась оправдать убийцу; ох, глупая... «— Чему же верить? — Милая сударыня, ну откуда же я могу знать? — Разумеется, вы знаете».

«— Это была ловушка... жестокая ловушка! — Я не одобряю убийства», – сказал как отрезал, ему это заявление явно не понравилось. Вообще, в этом рассказе у Пуаро настроение довольно брюзжащее, и причина определённо кроется не в испорченном отдыхе. Он всё равно провёл расследование ярко и истинно по-пуаровски, чего только стоило его любимое общее собрание присутствующих и театральное объявление имени преступника, но этот финал, столь неожиданный, но не сказать что трагичный (хотя, для кого как), его... рассердил? Он ведь явно не хотел убивать преступника, но что-то пошло не так (хотя, учитывая его знание о слабом сердце убийцы... хм). Послевкусие у рассказа интересное, конечно... Понравился и поклон в сторону Шерлока, это было красиво и немного иронично. А вообще, месье пора задуматься о том, что каждый раз, когда он отправляется куда-то в отпуск, происходит страшное. Совпадение? Кто знает... Впрочем, чего ещё ждать от морских волнений да людских порывов.

«Бесспорно, благодаря этой новой помаде усы выглядят просто великолепно!», – восхищался Эркюль, любуясь своими усищами. Артур был раздражён, почти что зол. Он, понимаешь ли, читает своему другу газету и задаётся вопросами о волнующем весь английский свет деле, а этот котяра усами своими восторгается!.. За окном буйствовала весна, а на страницах – одно из первых дел ступившего на стезю сыска бельгийца, которое решил увековечить при помощи пера его верный компаньон, ибо об этом преступлении знали все, но мало кто имел представление, какую роль сыграл в нём величайший усач, а роль была, естественно, главной (с этим уважаемый инспектор, правда, мог поспорить, но...). Джепп заявился к сияющему от восторга – эти усы, ну ты посмотри! – месье и попросил его о помощи, и тот, естественно, согласился. Так и был заключён договор: все лавры инспектору, а начинающему сыщику даётся полная свобода действий. «Чем больше читаешь об этом, тем таинственное представляются те события», – и то правда, ведь это была самая настоящая commedia dell'arte!

«Une belle affaire!», – воскликнул сыщик, и его понимаешь, дело и впрямь занятное. Шесть фигур – два трупа, четыре подозреваемых, в свете софитов – пышный костюмированный бал с масками; сцена для преступления просто идеальная. Кому же понадобилось убивать достопочтенного лорда Кроншоу и его подругу, известную актрису? Задачка не из простых, ведь итальянская комедия – комедия ли... – была в самом разгаре, эти изящные статуэтки, эти элегантные костюмы... этот вогнанный в уже замершую грудную клетку столовый нож, это остановившееся от передозировки сердце. Впрочем, Пуаро разгадал её довольно быстро, ведь «Всё совершенно элементарно, Ватсон Гастингс». Помпончик, ниша, занавес... Вкус к помпезности всегда жил в пуаровском сердце, потому он просто не мог не устроить своё собственное представление, собрав в одной комнате всех подозреваемых и весьма эффектно раскрыв личность убийцы (а потом они хорошо поужинали, но это уже совсем другая история). А всего-то и надо было что не глазам своим верить, а задействовать серые клеточки. Вот уж и правда – элементарно.

«„— Ага! — воскликнул Пуаро. — Mon Dieu! Джепп, ведь это же наводит на определённые мысли, не так ли?”. Я видел, что определённых мыслей у Джеппа явно не было», – рассмеялась, представив закадровый голос. Убийца был очевиден с первых же строк (задорно подкрутила бы усы, если бы они у меня были), но само дело было интересным, учитывая стоящую за ним реальную громкую историю, ну и комедия дель арте, потрясающий же ход! Как всегда смешило поведение окружающих, они как обычно решительно ничего не понимали, подчёркивая тем самым гениальность изумительнейшего (обожаю эту карикатурность, серьёзно). «Здесь попахивает мелодрамой, как и от всех его идей», – ворчал инспектор, друг и вовсе ярился: «Пуаро, когда-нибудь я просто убью вас!», но дело-то раскрыто, вот в чём дело! Да, он устроил шоу в своей квартире, но это было необходимо (на самом деле нет, но всё же). В общем-то, всё довольно просто. Должен царить порядок, необходимо помнить про метод, не стоит забывать про логику, и, конечно, усы. Усы – это важно. Вне всяких сомнений.

А ведь совсем недавно на них покоились восхитительные рубины и изумруды, которые, если верить славной легенде, когда-то принадлежали самой французской королеве... а теперь они пропали. Маркус Хардман был разбит, и дело было не столько в деньгах – хотя и в них, разумеется, тоже, – сколько в самом факте пропажи столь изумительных экземпляров, ибо коллекционирование для него было отдушиной, и тут такая беда. «Самое главное – никакой огласки», – потребовал он от известного сыщика, к услугам которого ему пришлось прибегнуть, ибо вор совершенно точно входил в число известных светских личностей, и как же кого-то из них обвинить-то, это же так... некультурно! И правда. Вот если бы преступление совершила служанка... В общем, Пуаро в компании своего друга быстренько провёл осмотр места преступления, сразу отметив, что с сейфом, где хранились драгоценности, явно что-то не так (и дело не в изумлённых полочках). Когда гордый хозяин сокровищ во время небольшой домашней вечеринки показывал своим гостям все эти чудные дорогие вещички, кто-то из них наследил, причём улик было аж две: портсигар и перчатка. Казалось бы, дело раскрыто! Но всё оказалось не так просто. Серые клеточки великолепнейшего кое-то заметили...

«Все они мои знакомые. Никто из них не вызывает у меня подозрений... и в то же время я подозреваю всех», – неловко вышло... Кто же из четвёрки подозреваемых решил присвоить сверкающие камни? Возможно, это сделал миллионер, потому что а почему бы и нет, вон какая красота. Или же за этим стоял светский лев, который был в курсе всех сделок? Графиня тоже попала под подозрение, ибо камней-то у неё и своих хватало, но деньги, учитывая её положение, были ей очень даже нужны. Что уж говорить о несчастной леди, тётушка которой славилась своей клептоманией... У каждого была возможность, у каждого был повод, так что потрудиться и правда пришлось, пусть улики и указывали на определённого человека, это-то и смутило мсье. Во всём ему помог разобраться... словарь. Инициалы, вот в чём крылась разгадка. Ох уж эта Вера (V ) Русакова (R). «— Я очень рад, мадам, что вы оказались столь остроумны и исполнительны. — Ах! Что же ещё мне оставалось, ведь вас дожидается такси», – этот их диалог, да и сама сцена... Пуаровская The Woman изумительная, конечно, понимаешь его восхищение, и дело тут не в её внешности и статусе, дело именно что в уме и неординарности. А как он запнулся, когда уходил! Ah, comme c'est charmant...

Симпатичный рассказ, который был бы идеальным, если бы не типичнейшее поведение главной парочки, которое на сей раз не смешило, а раздражало, сильно раздражало. Я имею в виду, Пуаро шутил на тему того, что у титулованных особ свои законы? А кто неоднократно отпускал этих самых особ? До сих пор горю с того, как он “простил” негодяя, который украл сына и почти отравил жену, чтобы получить наследство. Про Гастингса и говорить нечего, он опять себя превзошёл. Помогать другу в расследовании? Ха, ещё чего, он лучше займётся осуждением. Вон у того с голосом проблемы (слишком жалобный), у того – с руками (слишком наманикюренные), халат вон того ну просто возмутительный (слишком яркий), что говорить про меха дамы (слишком вызывающие). Что с ним не так. Ну вот что. Какое твоё дело, спрашивается, кто как выглядит и как одевается, может, я не знаю, лучше на себя посмотреть? «Умственные процессы мистера Паркера, видимо, протекали не слишком быстро», – выдал он под конец, чем окончательно меня добил, потому что это сказал человек, который вообще ничего не понимает. Ох, как же порой с ними тяжело. Вот прям очень. Тем не менее, рассказ запомнится в положительном ключе, ибо Верочка – и всё тут. То было великолепие в чистом виде (и мехах).

Ему, конечно, известно... Проблема, с которой к известному сыщику пришла робкая миссис Пенджеллей, его нисколько не удивила: жена почтенного дантиста подозревала, что её муж медленно, но верно её травит. Врач так не считал, он лишь раздражённо отмахивался, мол, милочка, у вас всего лишь гастрит, вы сеете смуту, но лекарства, лекарства-то не помогали! А тут ещё эти слухи, коими полнится всякий маленький городок... Эркюль отнёсся к краснеющей от стыда женщине с пониманием, пусть и посчитал, что за всем этим кроется не криминал, а лирика, и за дело взялся; посовещавшись, они условились, что на следующий же день к ней домой нагрянет некий джентльмен, якобы приходящийся ей дальним родственником, и явится он не один, а в компании очаровательного, но несколько чудаковатого бельгийца... На том и порешили. Артуру пребывающая в волнении дама совершенно не понравилась, «она перещеголяла всех своей непривлекательностью», и седая она была, и красотой похвастаться не могла, и одета слишком просто, а значит к ней и её проблеме следует отнестись с подозрением (типичная логика капитана, беспощадная в своей тупости). Впрочем, путешествие выдалось замечательным, вот только не успели они заявиться и приготовиться к действу, как выяснилось, что прибыли они слишком поздно: женщина умерла.

«Глупец, преступный глупец. Вот кем я оказался. Я хвалился моими маленькими серыми клеточками, а в итоге проворонил человеческую жизнь, жизнь человека, просившего меня о спасении», – надо отдать ему должное вот за эти слова... И пусть и было уже поздно, он всё равно взялся за расследование, ибо дело со смертью заказчика не закрывается. Кому же понадобилось убивать бедную женщину? Неужели за этим и правда стоял муж, который уже пообещал молоденькой девушке, что если с его женой что-нибудь случится, он на ней женится? А может, смерть подстроила племянница мужа, которая являлась единственной наследницей? Но ведь ещё есть некий молодой человек, который то ли встречался с племянницей, то ли нет... И вновь рассказ состоит из маленьких зацепок, которые и ведут к правильному ответу: стоит только внимательно прочитать рассказ уже покойной дамы, как всё становится ясно. Пуаро же, осмотревшись, взял и... уехал. Бедный Гастингс за это время успел забыть об этом деле, но не тут-то было, глас народа заявил о себе – и дело вновь забурлило. На сей раз великолепнейший знатно блефовал, да так искусно, что его друг даже рассердился, мол, да вы содействуете преступнику, как вы смеете!.. Это, конечно, не так. «Вы недооценили Эркюля Пуаро, мой сообразительный юный друг», – капкан сработал как всегда точно.

«Терпение Пуаро равнялось возлагаемым на него надеждам», – увы, жертву спасти не удалось, и как же это было реалистично показано: сначала жалобам не верят, а потом становится слишком поздно, и ещё кто-то умудряется после удивляться тому, что при жизни человек не обратился за помощью... Действительно, почему? Может потому что такие вот гастингсы судят по возрасту, внешности и прочему, заведомо не доверяя и высмеивая проблемы? Да чего уж там, даже лучшие из лучшие, как было продемонстрировано, относятся к подобному с неверием, Пуаро вон умилился, любовь за всем стоит, понимаешь, любовь! Да, любовь. Любовь к деньгам. Единственное что порадовало, так это то, что он заставил вдовца потомиться за решёткой лишние сутки, хотя толку-то, юная и хорошенькая невестушка, как раз из тех, кого одобряет Гастингс, ждёт не дождётся, место освободилось же, счастье какое! Рассказ с тем ещё дурным послевкусием, конечно. Даже сложно сказать кто сильнее раздражал, главная парочка и та возмущала, ну как так можно-то, а! Впрочем, само расследование мне понравилось, следить за методами изумительнейшего всегда занятно, ибо пусть и было ясно кто за всем этим стоит, привлечь преступника к ответственности было сложно, практически невозможно. Но речь идёт об Эркюле Пуаро. Для него невозможного не существует.