Фауст

Для сыновей отцовский опыт свят.
Они его всего превыше ставят.
Ваш сын ведь тоже переймет ваш взгляд
И после новое к нему прибавит.

Всё песня та ж — сюжет избит:
Глупец велит — мудрец гласит.

Берегись! Ничто не вечно!
Час ударит — нить порвётся.

О небо, вот так красота!
Я в жизни не видал подобной.
Как неиспорченно-чиста
И как насмешливо-беззлобна!
Багрянец губ, румянец щек, –
Я их вовеки не забуду!
Несмело покосилась вбок,
Потупив взор, – какое чудо!
А как ответила впопад!
Нет, это прелесть, это клад!

Красы не делят. Кто владел ей полностью,
Всю истребит сполна, а не поделится.

"Фауст".

Стара и все же не стареет истина,
Что красота несовместима с совестью.
И что у них дороги в жизни разные.

"Фауст".

А он, теряя ее, терял все.

И мы разошлись, так и не поняв друг друга. На этом свете люди редко понимают друг друга.

Ты говоришь: «Либо у тебя есть надежда добиться Лотты, либо нет. Так! В первом случае старайся увенчать свои желания; в противном случае возьми себя в руки, попытайся избавиться от злополучного чувства, которое измучает тебя вконец!» Легко сказать, милый друг, но только лишь сказать… А если перед тобой несчастный, которого медленно и неотвратимо ведет к смерти изнурительная болезнь, можешь ты потребовать, чтобы он ударом кинжала сразу пресек свои мучения?

Ты спрашиваешь, прислать ли мне мои книги. Милый друг, ради бога, избавь меня от них!

Как счастлив я, что уехал!

И все же… понимаешь ты, передо мной точно какая-то грань… Мне надо ее перешагнуть… вкусить блаженство… а потом, после падения, искупить грех! Полно, грех ли?

В жизни редки случаи, когда все можно решить посредством формулы "либо - либо"; чувства и поступки наши столь многообразны, а оттенки и разновидности их столь же многочисленны, сколь градация меж орлиным и вздернутым носом.

... почитаю счастливцами тех, кто живёт не задумываясь, подобно детям, нянчиться со своей куклой, одевает и раздевает её и умильно ходит вокруг шкафа, куда мама заперла пирожное, а когда доберётся до сладенького, то уплетает его за обе щёки и кричит: "Ещё!" Счастливые создания!

Как всполошилась вкруг толпа густая,
Теснясь, толкаясь и дары хватая!
Сокровища он сыплет как сквозь сон –
И нет их: всё расхватано. Но он,
Как вижу, новый нам обман готовит.
Тот, кто дары его прилежно ловит,
В награду не имеет ничего;
Дар улетает быстро от него,
Лишь по-пустому он хлопочет!
Жемчужной нитки вдруг порвалась связь, –
Глядишь, в руках лишь горсть жуков щекочет;

/пер. Н.Холодковский/

Значит, такая любовь, такая верность, такая страсть вовсе не поэтический вымысел; она живет, она существует в нетронутой чистоте среди того класса людей, которых мы называем необразованными и грубыми. А мы от нашей образованности потеряли образ человеческий!

Но я не беспокоюсь. Боги ведают,
Что надо и что нет, и так и сделают,
Чем люди ни считали б их веления,»
Добром иль злом. Что решено бессмертными,
То, смертные, должны суметь мы вынести.

Все мы дети до самой могилы.

Бакалавр

Я нахожу весьма претенциозным,
Что люди, пережив известный срок,
Хотят быть чем-то, хоть ничем серьезным
Уже не могут быть: их век истек!
....
Пока полмира покорили мы,
А вы как жили, старые умы?
Вы думали, судили, размышляли,
Да грезили, да планы составляли
И сочинили только планов тьмы.
Да, старость - просто злая лихорадка,
Бессилие, болезненный озноб!
Как человеку стукнет три десятка,
Его клади сейчас хоть прямо в гроб.