Henderson the Rain King

В известном смысле человеческая душа является творцом тела.

Мы далеки от того, чтобы стать полновластными хозяевами своего организма, но, так или иначе, любое нарушение его функций проистекает из него самого. Заболевание – это язык психики.

Природа – великий имитатор. Человек является не только высшим организмом. Он еще и выдающийся приспособленец и подражатель. Мастер двусмысленности, намеков, полутонов, что особенно видно в знаменитых произведениях изобразительного искусства. Какое это все-таки чудо! И какое несчастье! Как тут не пролить слезы…

Я замечал, что человек часто не может посмотреть правде в глаза, а принимает желаемое за действительное. Это вообще самое распространенное заблуждение.

Человек такое существо, которое не может безропотно сносить удары, будь то удар, нанесенный человеком, или удар судьбы. Возьмите лошадь или быка – домашнее животное не отвечает на удары. Но человек непременно мстит обидчику. Если ему угрожает наказание, он постарается уйти от него. Если не удается уйти, он падает духом.

— За что ты борешься, папа?
— За что? Да, черт возьми, за правду! Против лжи. Но, главным образом, я борюсь с самим собой.

Того, кто проводит линию фронта, потом находят лежащим на ней, как безжизненное свидетельство грандиозной попытки — и ничего больше!

Обломками кораблекрушения битком набиты гробы и могилы.

…даже очень умные женщины бывают не сильны в географии, так как творят свой собственный мир.

Что толку сетовать на жизнь? Она просто идёт своим чередом, и больше ничего.

«Я знаю реальную жизнь лучше, чем ты»! Слова, слова! На самом деле моя судьба развивалась по законам нереальности.

Все мы рождаемся на свет с благословением Божиим, но оно испаряется вместе с детством. А потом приходится лезть вон из кожи, чтобы осуществить «проект номер два» — вернуть его обратно.

Кроме того, мне присуще особо эмоциональное отношение к книгам. Какая— нибудь одна фраза способна вызвать у меня в мозгу извержение вулкана. Я начинаю думать сразу о многих вещах.

Необходимость просматривать горы специальной литературы вызвала во мне большое внутреннее сопротивление.

Одни и те же симптомы могут быть свойственны разным болезням. К примеру, страх способен принимать ту же форму, что и надежда.

Природа — великий имитатор. А человек, как венец природы, — мастер адаптации. Он — художник с изощреннейшим воображением. И он же — главное произведение своего искусства. Преображая свою плоть, он трансформирует душу.

Люди и их собаки становятся похожими друг на друга, а супруги — и подавно.

И к чему все эти разговоры об иллюзиях? Очевидно, в нас сидит что-то очень реальное, цепкое, и мы можем не бояться никаких иллюзий.

Люди с самым большим аппетитом более других склонны считать действительность иллюзией. Для них невыносимо видеть, как надежда оборачивается горем, любовь — ненавистью, жизнь — смертью. Разум имеет право на сомнения. Трудно поверить, что на столь коротком витке — длиной в человеческую жизнь — можно свершить что-то грандиозное. Что человек может додуматься до чего-нибудь великого. И тем не менее, человек, это смертное существо, — гений воображения.

Но поди останови женщину! Они питают слабость к непутёвым мужчинам: пьяницам, дебилам и отпетым уголовникам. Любовь — вот что даёт им силы.