Tintenherz

Vielleicht gibt es hinter der gedruckten Geschichte eine andere, viel größere Geschichte, die sich ebenso wandelt, wie unsere Welt tut? Und die Buchstaben verraten uns darüber gerade so viel wie ein Blick durch ein Schlüsselloch. Vielleicht sind sie nicht mehr als der Deckel zu einem Topf, der viel mehr enthält, als wir lesen können.

Jetzt steckst du mitten in einer Geschicht, si wie du es dir immer gewunscht hast, und es ist schrecklich. Die Angst schmeckt ganz anders, wenn man nicht nur über sie lieast, und es machte nicht halb so viel Spaß, den Helden zu spielen, wie ich gedacht hatte.

Weil die Angst alles tötet, den Verstand, das Herz und die Phantasie sowieso.

Слова бессмертны, пока кто-нибудь не решит их сжечь.

Поэтому, открывая книгу, ты словно попадаешь в театр: сначала занавес, а раздвинешь его - и начнется представление.

Книги должны быть тяжелыми, вель в них заключен целый мир.

В нашем мире всегда не хватало терпения и внимания к людям, которые не совсем такие, как все.

Жизнь несправедлива, никогда такой не была и никогда не будет.(У.Голдман.Принцесса-невеста)

Насколько я знаю, и в этом дивном веке творят все тоже, что и прежде.

Мне кажется, она одними буквами питается.У неё их(книг) целый дом.Ей явно лучше с ними, чем в обществе людей.

Но, вероятно, скоро она будет не богаче церковной крысы, потому что все свои деньги тратит на книги.Боюсь, она продаст и душу, если черт предложит ей за это стоящую книгу.

Знаєш, із цими письменниками взагалі дуже дивна штука. Більшість навіть не уявляють собі, що книжку пишуть люди, які нічим від решти не відрізняються. Про письменників звичайно думають, що вони вже давно померли, і не здогадуються, що їх можна зустріти де-небудь на вулиці чи в крамниці. Люди знають їхні історії, але не знають, як їх звати, а в обличчя — й поготів.

Страх в жизни совсем не такой, как в книгах, Мегги, а играть в героя, да еще наполовину, не так интересно, как мне прежде это казалось.

В книгах встречаю я мёртвых живыми, в книгах вижу я грядущие времена. Со временем все портится и проходит; все славное было бы предано забвению, когда бы Господь не дал в помощь смертным книги.
Р. де Бери
(цитируется по А. Мангелю)

— Джим, старина, — хрипло проговорил Лукас, — недолго мы катались. Жаль, что тебе приходится разделять мою судьбу.
Джим вздохнул.
— Всё равно мы друзья, — тихо ответил он и прикусил нижнюю губу, чтобы она не очень дрожала.
М. Эйде. Джим Пуговка и Лукас-машинист

Огонёк её угасал. Она что-то шептала, Питер с трудом разбирал её слова. Она говорила, что ей, может быть, могло бы помочь, если бы много ребят сказали, что они верят в фей.
Дж. М. Барри. Питер Пэн
(перевод И. Токмаковой)

— То есть ты думаешь, это всего лишь случай? — спросил граф.
— Для меня все — случай, до той поры, пока не будет доказано обратное, — ответил принц. — Поэтому-то я пока ещё жив.
У. Голдман. Принцесса-невеста

Во сне я попадал иногда в мрачный дом, который совсем не знал, в незнакомый, мрачный, страшный дом! Там были тёмные комнаты, в которых я задыхался…
А. Линдгрен. Мио, мой Мио!
(Перевод Л. Брауде и Е. Паклиной)

Фабер понюхал книгу.
— Знаете, книги пахнут мускатным орехом или ещё какими-то пряностями из далёких заморских стран. Ребёнком я любил нюхать книги.
Р. Брэдбери. 451° по Фаренгейту
(перевод Т. Шинкарь)

Она разговаривала с королём и втайне надеялась, что он запретит сыну уезжать. Но король сказал:
— Что ж, любовь моя, сущая правда, что приключения нужны даже самым маленьким. Приключения могут проникнуть человеку в кровь, даже если он позже и не вспомнит о них.
Е. Ибботсон. Тайна тринадцатого перрона