Ваша оценкаРассказы и повести о морских и военных приключениях, о людях блокадного Ленинграда. В произведениях В.Конецкого много юмора, морской романтики и размышлений о жизни.
Жанры
Рейтинг LiveLib
4,5
3 оценки
- 567%
- 433%
- 30%
- 20%
- 10%
Ваша оценкаПрочитали 4Хотят прочитать 11
Рецензии
Clickosoftsky5 июня 2014Читать далееК ИСТОКАМ
Что ни день, как поломя со влагой,
Так унынье борется с отвагой,
Жизнь бежит то круто, то отлого,
Вьётся вдаль неровною дорогой,
От беспечной удали к заботам
Переходит пёстрым переплётом,
Думы ткут то в солнце, то в тумане
Золотой узор на тёмной ткани.А.К. Толстой
Начну со странного: я НЕ рекомендую эту книгу тем, кто ещё не знаком с творчеством В.В. Конецкого. Скорее всего, они прочтут небольшой сборник под безликим названием «Повести и рассказы», пожмут плечами и забудут, занеся его по ведомству «советской литературы». Хотя рассказ «Дверь», на мой взгляд, забыть невозможно, но это уже отдельный разговор.
Кому же я рекомендую её? Тем, у кого Виктор Викторович давно и прочно числится в любимых авторах. Если ты уже читал (и перечитывал) «Вчерашние заботы», «Путевые портреты с морским пейзажем», «Третьего лишнего», «За Доброй Надеждой»… если хоть немного знаешь об авторе, о его солёных морских и несладких литературных путях — самое время вернуться к истокам, к рассказам шестидесятых ещё годов, когда Вик-Вик только нащупывал свою писательскую стезю, приведшую его к особенному жанру, которому не требуется расточать похвалы, вдаваясь в детали. Достаточно одного слова: «Конецкий».Ранние повести и рассказы «растут» прямо из биографии: «Дверь» — ленинградская блокада, зима 1941-1942 гг.; «Петька, Джек и мальчишки», «В тылу» — 1942 год, эвакуация в Ташкент; «Над белым перекрёстком» — Великая Отечественная; «Невезучий Альфонс» — учёба в Первобалте (1948-1952 гг.), «Наш кок Вася», «Огни на мёрзлых скалах» — работа на Севморпути, в том числе на спасателе… Особняком стоит рассказ «Если позовёт товарищ» (по нему, кстати, почти сразу сняли фильм). В его основе — реальная гибель подлодки на Балтике в 1956 году. Среди погибших был друг Виктора Конецкого старший лейтенант Вячеслав Колпаков (подробности этой трагической истории можно узнать из очерка Н. Кузнецовой «Лети, корабль...» в книге «Дорогой наш Капитан» ).
Вторая половина сборника названа «Из путевых заметок штурмана» — и здесь В.В. уже говорит от первого лица, — так, как будут написаны его последующие романы-странствия. Сюда же входят и байки Петра Ниточкина о матросском коварстве и о психологической несовместимости (ценители юмора Вик-Вика знают, что это настоящие жемчужины, продлевающие жизнь не хуже сметаны).Вот и настала пора выполнить обещание, данное в предыдущей рецензии и в комментариях к ней.
Итак, почему Пётр Ниточкин — альтер эго автора?
В «эвакуационных» рассказах сборника он уже назван по имени и даже «Петька по прозвищу Ниточка» — тогда ещё одиннадцатилетний. Позже он появляется и в других рассказах В.В., причём биографические черты возникают то там, то сям. Соблазнительно, конечно, считать его другом автора, тем более, что Пётр Ниточкин — неутомимый безбашенный острослов и мастер красно выражаться, которому всё нипочём, а Виктор Конецкий со страниц своих же произведений предстаёт нам человеком довольно мрачным, угрюмым, осторожничающим, склонным к самоедству и заниженной самооценке. Окончательно убедил меня в том, что автопортрет необъективен, отрывок из очерка Игоря Золотусского «Акварель с маками» (в той же книге «Дорогой мой Капитан»). Игорь Петрович рассказывает о дружеской встрече у Фёдора Абрамова (с В.В. они были соседями по дому):
Конецкий весь вечер был на арене. Шутки, прибаутки, анекдоты, вымышленные и непридуманные истории сменяли друг друга. Это был сольный концерт, которому мог бы позавидовать сам Райкин. О, Виктор был артист!
Говорят, что тот, кто смешит других, сам склонен к меланхолии. И смех — лишь защита от этого тяжёлого состояния. Лицо Виктора в течение по крайней мере четырёх часов сохраняло полную невозмутимость. Он наблюдал, как хохочем мы, и это его, конечно, подогревало, но сам оставался твёрд. Когда я с ним познакомился поближе, то узнал, что от вспышек безудержного комизма он способен в минуту перейти к отчаянно-чёрной тоске. Такие перепады были, надо сказать, нередки.Вот этот его «золотой узор на тёмной ткани» невероятно близок мне. Может, именно поэтому Виктор Викторович для меня не просто сочинитель занимательных «морских» книжек, не просто любимый автор, а по-настоящему родной и близкий человек. Его отсутствие невосполнимо: «ты чувствуешь сквозняк оттого, что это место свободно» (с)
Хорошо, что есть его книги — в том числе и пока ещё не прочитанные.И напоследок: сборник «Повести и рассказы» проиллюстрирован рисунками А. Борисенко. Хорошие рисунки — лаконичные, сдержанные и выполненные в стиле скорее именно 60-х, а не 90-х годов (когда издана книга). Один из них, к рассказу «Если позовёт товарищ», по-особенному привлёк внимание. Не кажется ли вам, что главный герой Дмитрий Шаталов попросту похож на Вик-Вика?
27 понравилось944
Цитаты
- Clickosoftsky2 июня 20146 понравилось660
Подборки с этой книгой
Литература для юношества. Интересные книги для тинэйджеров. Часть I: русская литература
- 181 книга
Примелькавшееся у взрослых, когда я была маленькая
- 12 книг
