Виктория Токарева:Когда кто-то обеспокоен судьбами человечества, не следует его отвлекать. Потому что это очень редкое качество – думать еще о ком-то, кроме себя.
Prosto_Elena
- 274 книги
Это бета-версия LiveLib. Сейчас доступна часть функций, остальные из основной версии будут добавляться постепенно.

Ваша оценкаЖанры
Ваша оценка
И снова вечная проблема отцов и детей с углублением мать-одиночка и единственный сын, которому посвящена жизнь. А мальчик уже давно стал мужчиной, ему двадцать семь лет, он работает хирургом и живет с мамой. А куда от нее сбежишь? Он боится знакомить ее со своими подругами, заранее зная, что мама забракует любую.
У меня почему-то сразу появился в памяти другой хирург, живущий с мамой. Это Женя Лукашин из "Иронии судьбы". Олег, кстати, тоже Лукашин. Явная отсылка к популярному образу.
И вот мама не успевает отойти от своих надуманных страхов, как пьяненький сынок вваливается ночью с восемнадцатилетней девицей. Мама даже постеснялась при посторонних леща ему дать.
Утром сын убежал на работу, конкретно на операцию, запой не помешал, не зря это мамина гордость. А девица дрыхла в его комнате до обеда, а потом выйдя на кухню сообщила, что у них все серьезно. Затем вернулся сын и сообщил, что они вчера поженились и отметили свадьбу с друзьями. Хорошо скорую не пришлось вызывать, но я понимаю бедную Анну!
Сперва молодые живут на всю катушку, устраивая громкие вечеринки в квартире, так что Анне приходится терпеть, а потом в разговоре с девицей она спрашивает, что если сын обормот, то почему Ирочка допустила отсутствие родителей на свадьбе. А та безапелляционно заявляет :
Но судьба скоро накажет Ирочку именно за эти слова и даст ей возможность доказать свою любовь не на словах, а на деле.
Молодые съедут от Анны по ее прозьбе. Анна начет обдумывать свою жизнь, свои отношения с женатым мужчиной, делиться с подругами своими размышлениями, ходить с ними на приёмы и видеть совсем другую жизнь, других людей. Но не успевает Анна осмыслить и начать наслаждаться своей жизнью как возвращается сынок и скидывает на её руки жену-инвалида после их автоаварии. Ирочка парализована и смотрит отсутствующим взглядом, ее нужно кормить с ложки и давать лекарство каждые два часа.
Вот тут и расскрывается образ как всегда сильной женщины и ее слабого сына. Сын хочет играть в благородство, правда за чужой счет. Он, конечно же, не может оставить Ирочку в больнице, ей нужен домашний уход. Он сам не может этим заниматься, он же должен работать, оперировать. А нельзя оперировать на полставки и вместе с мамой вытаскивать Ирочку, своего ангела, как он ее называет? Такой вопрос даже не приходит ему в голову да и Анне тоже.
Анна ради сына взваливает на себя такой огромный и неблагодарный труд. И незаметно для себя начинает переживать именно за Ирочку, а не заниматься ею ради сына.
А наш хирург пашет на работе, мне кажется и сверхурочно, лишь бы не быть дома. А молодая плоть играет и он находит в чьих объятиях ее успокоить.
Повесть обрывается на том, что Ирочка начинает выздоравливать и Анна этому искренне рада как будто это ее дочь. А сын все так же там на работе в объятиях сексапильной начальницы.
Чем все закончится? Разводом Ирочки, когда она все поймет? Останутся Ирочка вместе с Анной как дочь с матерью? Уйдет Ирочка и Анна будет жить как до нее со своим сыном? Уйдут все и начнут жить своими собственными жизнями?

Мне попалась эта повесть в озвучке, я с удивлением узнала, что она была опубликована в «Новом мире» в 1988 году, именовалась рассказом. Что же вызвало мое удивление? Во-первых, у Виктории Токаревой штамп нишевого автора женской прозы. Какой тут «Новый мир»? Простой язык, простые жизненные ситуации, простая мораль, незамысловатый сюжет. Во-вторых, какой же то рассказ? Объем, сюжет, проблемы не для рассказа, да и принцип «здесь и сейчас» нарушен.
Сюжет такой: журналистка Вероника за тридцать, занятая карьерой, командировками, имеет мужа и дочь. Муж сидит, уткнувшись в книжку носом, дочерью занимается нянька. И вот посреди расцвета молодости и профессионального роста Вероники, у ее Нюты находят вульгарный пиелонефрит. И начинается больничная и семейная круговерть, в которой плохо всем. Но больше всего страдает Вероника, ведь за три года впервые она вынуждена стать матерью в самом прямом смысле слова: бегать по врачам и чиновникам, успокаивать орущую Нюту, дарить подарки, заглядывать в глаза, унижаться, рыдать, брать себя в руки, искать виноватых. На фоне безмятежного мужа и сельской дурочки-няньки. И вот на горизонте появляется светило педиатрии Юрий. И открывается второй пласт истории: они могли бы быть счастливы, если бы не пелена вранья, идиотские ситуации, в которые попеременно попадала то Вероника, то Юрий, тяготы скучных и ненужных браков. Книга заканчивается для Нюты хорошо, а, значит, хорошо и для Вероники. Восстанавливается статус-кво, но автор нам показывает: счастье давно ушло из жизни Юрия и Вероники, и они не дали шанс ему появиться вновь.
Итог: мне понравилось, я отдохнула за этой книгой, и могу сказать, что она попала в резонанс с моей душой. Что-то подобное испытывала я, когда в раннем детстве мой сын подхватил обструктивный бронхит: вину, негодование «почему я?», желание решить проблему немедленно любой ценой, страх потерять ребенка. В общем, мужчина так не напишет: нет у них такой функции быть матерью. Поэтому книга меня зацепила, хотя на самом деле она не об этом. Второй слой, более глубинный, меня не коснулся)) Никогда не искала решения проблем через постель))) Хотя я признаю, что этот способ не менее эффективный, чем другие. Кстати, героиня Виктории Токаревой не опустилась до измены. Весь прекрасный роман протекал в ее голове, и в голове Юрия, кстати. И этот светила педиатрии сделал определенные выводы для себя. Потеплел, стал более человечным. Надолго ли? Очень уж проф. Деформация у врачей развита.

Виктория Токарева Кошка на дороге (сборник)
Повести
Длинный день
Старая собака
Еxал Грека
Рассказы
Когда стало немножко теплее
Сразу ничего не добьешься
Фараон
На каникулах
Рождественский рассказ
Сказать – не сказать…
Дом генерала Куропаткина
Здравствуйте
Кошка на дороге
Любовь и путешествия
Зигзаг
Наxал
Нам нужно общение
Pарака
Пираты в далеких морях
Я не очень люблю рассказы и не такой уж большой поклонник творчества Виктории Токаревой. Но вот иногда хочется такой простой, непритязательной литературы. Об обыкновенных людях, о событиях без событий — о повседневной жизни.
Кто-то брезгливо поморщится: вот ещё! Очень надо о каком-то сантехнике Васе читать или тёте Маше из соседнего подъезда. Я вон о высоком читаю, о сложном думаю!...
Пусть так. А я считаю, что такие книги нужны. Мы в бешеном ритме нашей жизни про родных частенько забываем, позвонить лишний раз не успеваем. А уж по сторонам посмотреть, задуматься о тех, кто живет рядом с нами, проходит мимо, обслуживает нас в магазинах, банках, поездах, самолётах — некогда, некогда, некогда.
Вот Токарева меня в этот раз и тормознула. Разные сюжеты, разные истории, разные люди...
Очень неплохо. И улыбнуло, и погрустила, и задумалась. Качественная женская проза.

А от счастья человек становится герметичным. Чужая боль в него не проникает.

Каждая семья имеет свои традиции, ибо человек без традиций голый. Равно как и общество. Общество, порвавшее с традициями, обрубает якорную цепь, и его корабль болтается по воле волн или еще по чьей-то воле.

— Ну, скажи ему, как есть… — зашептала я. — Просто поди и скажи…
— Что?
— Ну как «что»… Скажи: «Я вас люблю!»
— А он? — Лариска подобрала очередную слезу языком.
— А он тебе ответит.
— Что?
— "Я вас тоже" или скажет: «А я вас нет!» Так ты хоть будешь знать.
— А как ты думаешь, что он скажет?
"Рарака"
















Другие издания


