Медленной шлюпкой в Китай

Потому как нет имени у парящей в небе птицы, у моей памяти нет дат.

Когда я вышел из электрички, вокруг завывал холодный зимний ветер. Завершался сезон свитеров, к городу приближался сезон пальто.

Китай.
Я прочел много книг о Китае. От исторических хроник до «Красной звезды над Китаем». Но даже при этом мой Китай — Китай лишь для меня самого. Или я сам. То же — с моим Нью-Йорком, Петербургом, Землей, Вселенной.

Мне исполнилось двадцать восемь. Шестой год после моей женитьбы. За это время я похоронил трех кошек. Испепелил несколько надежд, завернув несколького горестей в толстый свитер, предал их земле. И все это — в необъятном гигантском городе.

- У телевизора есть одно прекрасное свойство, - подумав, произнес он. - Его всегда можно выключить.
("Трагедия на шахте в Нью-Йорке")

Сердца наши связывал лишь нежный звук вращения Земли

Завтрака не хотелось. но что делать вместо этого, придумать я не мог

А почему бы кошку не посадить в зоопарк? Или она что – не животное?

Если нет способа потратить деньги, тогда зачем их зарабатывать?

Не хочу давить на людей и позволять им наседать на себя. Мне достаточно лишь чувствовать тебя рядом, ощущать, как вокруг меня витают твои запятые.

Еще бы - у всего на свете должны быть имена.

У шампанского нет назначения. Есть только время, когда необходимо откупорить пробку.

Кстати, как выглядит это самое "общее"?

Ты по-прежнему мне нравишься, - писала подруга в своем последнем письме. - Нежный и прекрасный человек. Но однажды мне показалось, что одного этого недостаточно.

Но как говорится, даже крохотный пустячок наполняется потом нелепо огромным смыслом.

Служит в одной иностранной торговой фирме, не слишком известной, но с хорошей репутацией; живет холостяком в чистенькой квартирке; каждые полгода меняет подружек. С какой стати он это делает, мне совершенно непонятно. Все они похожи одна на другую, как если бы возникли путем клеточного деления.

У шампанского нет назначения. Есть только время, когда необходимо откупорить пробку.

Мы можем пойти куда угодно и не можем пойти никуда.

Бесконечная амплитуда - от гордости до жалости к себе. Это и есть - город.

Прошлой ночью я в одиночестве пил виски, и теперь в животе было неспокойно. Завтракать не хотелось, но что делать вместо этого, придумать я не смог. Я сел за столик возле окна, раз пять пробежал глазами меню и, смирившись, заказал кофе и омлет. Пока не принесли еду, курил, разглядывая пейзаж за окном. Вкус табака не чувствовался. Видимо накануне я всё-таки перепил.