
Азбука-классика (pocket-book)
petitechatte
- 2 452 книги
Это бета-версия LiveLib. Сейчас доступна часть функций, остальные из основной версии будут добавляться постепенно.

Ваша оценкаЖанры
Ваша оценка
Несуразное что-то. Проблемы и чаяния автора в этом сборнике оказались мне не особо близки. То он вспыхивает от влечения к какой-нибудь томной красотке, то иная девушка выдаст от ворот поворот и в муках грезит он о ней ("О милой девочке, с которой мне было нестерпимо больно"), этакий мастер любовных качелей.
В основном содежание стихотворений сборника сводится к трем вариантам тем: она мне не нужна, я ей не нужен ("Не всегда чужда ты и горда, и меня не хочешь не всегда") и описание заморской страны или путешествий.
Как в ящике с рассыпавшимися специями, есть многое, но нет стройного аромата. Это и не любовная лирика, и в путешествие толком не окунешься.
Когда автор пишет о путешествиях, употребляет много неизвестных слов, в них путаешься и перестаешь понимать, о чем вся эта петрушка.
"бонзы"? (в Японии и прочих странах Азии название главного монаха в храме)
"Тимур"? (то ли хан Золотой Орды, то ли какой другой среднеазиатский полководец)
"мете"?
Местами мне казалось, что перевод какой-то неудачный, хотя откуда тут взяться переводу.
"рыкАющих кабАнов"? или у меня что-то не так с ритмом
Встречались замыслование стихотворные формы, которые мне остались не особо понятны:
Знатоки говорят, что это "довольно необычное сочетание четырёхстопного амфибрахия в нечётных стихах и трёхударного дольника в чётных, которое вполне могло бы составить экзотическую модель логаэдов, если бы не вариативное расположение односложных интервалов в чётных стихах."
Может поэтому при чтении следующего отрывка мне показалось, что лучше б автор писал прозу:
Прочитав сборник, я не нашла стихотворения, которым хотелось бы восхититься. Только открывки (понравившееся выписала в цитаты). Возможно в сборнике стихи разных лет, от того и скадывается это странное впечатление неоднородности. Уверена, что у автора есть прекрасные стихотворения, просто большинство из них мне здесь не встретилось.

Гиена
Над тростником медлительного Нила,
Где носятся лишь бабочки да птицы,
Скрывается забытая могила
Преступной, но пленительной царицы.
Ночная мгла несёт свои обманы,
Встаёт луна, как грешная сирена,
Бегут белесоватые туманы,
И из пещеры крадется гиена.
Её стенанья яростны и грубы,
Её глаза зловещи и унылы,
И страшны угрожающие зубы
На розоватом мраморе могилы.
«Смотри, луна, влюблённая в безумных,
Смотрите, звёзды, стройные виденья,
И тёмный Нил, владыка вод бесшумных,
И бабочки, и птицы, и растенья.
Смотрите все, как шерсть моя дыбится,
Как блещут взоры злыми огоньками.
Неправда ль, я такая же царица,
Как та, что спит под этими камнями?
В ней билось сердце, полное изменой,
Носили смерть изогнутые брови,
Она была такою же гиеной,
Она, как я, любила запах крови».
По деревням собаки воют в страхе,
В домах рыдают маленькие дети,
И хмурые хватаются феллахи
За длинные, безжалостные плети.

Прекрасно в нас влюбленное вино
И добрый хлеб, что в печь для нас садится,
И женщина, которою дано,
Сперва измучившись, нам насладиться.
Но что нам делать с розовой зарей
Над холодеющими небесами,
Где тишина и неземной покой,
Что делать нам с бессмертными стихами?
Ни съесть, ни выпить, ни поцеловать.
Мгновение бежит неудержимо,
И мы ломаем руки, но опять
Осуждены идти всё мимо, мимо.
Как мальчик, игры позабыв свои,
Следит порой за девичьим купаньем
И, ничего не зная о любви,
Все ж мучится таинственным желаньем;
Как некогда в разросшихся хвощах
Ревела от сознания бессилья
Тварь скользкая, почуя на плечах
Еще не появившиеся крылья;
Так век за веком — скоро ли, Господь? -
Под скальпелем природы и искусства
Кричит наш дух, изнемогает плоть,
Рождая орган для шестого чувства.

Заклинание
Юный маг в пурпуровом хитоне
Говорил нездешние слова,
Перед ней, царицей беззаконий,
Расточал рубины волшебства.
Аромат сжигаемых растений
Открывал пространства без границ,
Где носились сумрачные тени,
То на рыб похожи, то на птиц.
Плакали невидимые струны,
Огненные плавали столбы,
Гордые военные трибуны
Опускали взоры, как рабы.
А царица, тайное тревожа,
Мировой играла крутизной,
И её атласистая кожа
Опьяняла снежной белизной.
Отданный во власть её причуде,
Юный маг забыл про всё вокруг,
Он смотрел на маленькие груди,
На браслеты вытянутых рук.
Юный маг в пурпуровом хитоне
Говорил, как мёртвый, не дыша,
Отдал всё царице беззаконий,
Чем была жива его душа.
А когда на изумрудах Нила
Месяц закачался и поблёк,
Бледная царица уронила
Для него алеющий цветок.














Другие издания


