Ваша оценкаРецензии
4es1 апреля 2016Читать далееНа днях мне сказали. М, чёртово косноязычие, заранее боюсь неверно донести то, что мне сказали.
Так вот. На днях мне сказали следующее: если Родина требует от тебя смерти во имя себя (во имя Родины), то что-то здесь не так. Потому что ты и есть твоя Родина.Нет, это не то, подождите, я заново начну.
Наверное, самый цитируемый кусок этого небольшого рассказа, самый знаменитый — пламенный протест Бейба против войны. Над которым потом пошутят. И который ничего, ну ничего не изменит ведь, пока не станет воплощением, а не только словом.
Бойня номер пять — антивоенный манифест. И «День перед прощанием» — тоже.
Тысячи их. Умные люди уже давно поняли, что воевать — плохо, что каждая человеческая жизнь — ценна, даже Эйхмана, что надо делать по уму и от сердца.Ну так почему ничего не изменилось?
Нет, и это не совсем то, я начну заново.
Или нет.Ай, да что там. Кажется, это тот случай, когда надо читать, а не рассказывать про.
2 понравилось250- 4es1 апреля 2016
Мне очень импонирует такая манера рассказа: когда повествование идёт от лица недалекого человека, а умный читатель — о, умный читатель! — всё видит да примечает, в отличии от простофили-рассказчика.
А Сэлинджеру импонировало сочетать неподходящих друг другу людей и смотреть, что из этого выйдет.
Себя показать. И людям показать.
(хотя, конечно, дзен-писатели не думают такими категориями)
Молодец. Всё равно молодец. Мне нравится.2 понравилось173 - 4es1 апреля 2016
Моя задумка писать на каждый рассказ Сэлинджера рецензию оборачивается делом пропащим.
Потому что — все они на одно лицо, по одной схеме: ничего не происходит и происходит всё. Почти как Чехов: пока пьёшь чай и перебрасываешься словами, рушатся жизни. Только ещё неуловимее.И смысл перессказывать сюжет, которого нет почти? Никакого.
Вот такие вот разные и такие одинаковые.2 понравилось287 - 4es29 марта 2016Читать далее
Решила я ознакомиться со всем Сэлинджером, а не только по семейке Глассов, девяти рассказам и над пропастью проходиться. Пошла по хронологии: «Подростки» опубликованы самыми первыми, аж в 1940. С них всё и поехало, в общем-то.
Итак.
Короче не придумаешь.
Скорее даже не рассказ, а так, зарисовка.
Вечеринка, подросточки. Девочка, которая строит из себя, девочка-сводница, попавший под горячую ручку сводницы юноша, блаблабла ни о чём, алкоголь, сигареты.
Всё как надо. Срез вечера.Мне нравится полное отсутствие автора и эти мелкие, едва уловимые детальки. Сэлинджер как есть: это не аскетичность Хэма, и именно такая сэлинджеровская финтифлюшка, за что ему моя любовь. Вроде бы ничего особенного он не делает (не описывает, не вставляет, не добавляет, не рассматривает), а атмосферу, ту самую атмосферу, создаёт на ура.
Рассказик, наверное, две вордовских займёт: очень уж коротко и ёмко.
Но я не буду советовать его читать: так, для ознакомления только если — можно. А не советую вот почему: хороший он, да средненький, неяркий. Ничего особенного, так, срез вечера.2 понравилось765 
Deny28 января 2020Винсент Колфилд, сидя в грузовике под дождем, в ожидании отправления на танцы, чувствуя себя сволочью от того, что сейчас ему придется выгнать из грузовика 4 солдат, т.к. на танцах ждут только 30 человек, а в кузове их 34, вспоминает своего старшего брата Холдена, пропавшего без вести. Человечный рассказ, с шероховатостями, очень настоящий, когда попадаешь в момент: в этот грузовик, под этот дождь, в это ожидание захолустного праздника.
1 понравилось132
